Ты полюбишь

Камиль, так звали героиню, долго бродила по улицам, пока не набрела на эту кофейню, ее привлекли два голубя, которые были нарисованы на двери. Они символизировали собой союз двух влюбленных, которые имеют связь как с землей, так и с небом. И мне запомнился кадр, где она выбирала эти пирожные, разноцветные, такие притягательные, что смотришь на них и нет ни одной мысли отказаться. На следующий день я купила себе эти пирожные, в магазине, в отделе рядом с эклерами и берлинскими пирожными, — улыбается Полина, когда рассказывает эту историю, — они, конечно, по вкусу были далеки от тех, которые я потом пробовала уже в более профессиональном исполнении. Но тот момент, когда ты его откусываешь и представляешь себя в том кафе, где состаренная мебель, маленькие столики и большая витрина с пирожными, для меня был моментом какого-то счастья. Будто я стала на шаг ближе к своей мечте.

— Твоя мечта съездить в Париж?

— Да, одна из, — стесняясь ответила Полина, опустив глаза, — наивно, да?

— Для тебя нет, — по-доброму ответил Саша, — но сейчас редко встретишь человека, который хочет открыть для себя какую-то страну или город. Да просто попробовать что-то новое, то же пирожное. Путешествие — да, все любят. Но чтобы погрузить в атмосферу новой страны, новой культуры, просто изучать, проявлять здоровое любопытство…

— У тебя есть мечта?

— Полина, мечта — это то, что ты хотела бы получить, но далеко не факт, что получишь. Это скорее что-то отдаленное, нарисованное твоим воображением. У меня нет мечты. Есть то, что я задумал сделать, цель. Я продумываю свои шаги, свою логику действий, просчитываю затраты, как материальные, так физические. Затем делаю эти шаги и очень часто получаю то, что и задумал. А если нет, значит переделываю расчеты и начинаю все заново. Для меня не существует понятия “Хочу”. Я просто беру и делаю: покупаю билет, сажусь на самолет и прилетаю.

— Звучит очень скупо и по-мужски логично. Но мы просто по-разному называем конечную точку. У меня мечта, у тебя цель. И какова же твоя ближайшая цель?"

"— Раздеть тебя, зацеловать и затрахать, чтобы твои стоны слышали соседи, а наутро у тебя пропал голос оттого, как ты кончала, а еще…, — Саша сказал пару непристойностей на ушко, что щеки Полина зарделись алым румянцем. — Рассказывать какие шаги я буду предпринимать?

Полине потребовалось пара минут, чтоб собраться самой и свои мысли: Ярский действовал на нее подавляюще. Своими разговорами, своими касаниями, своим ароматом, да даже своим красноречивым взглядом, в котором так все-таки хочется увидеть ядовитые искорки желания, причина которого — она.

— Какой ты все-таки самонадеянный. Александр Николаевич, зачехлите вашу шпагу, — съязвила Полина.