Полюса притяжения

Говорит полнейшую ерунду, но Рагнарин улыбается, и она чувствует себя невероятно счастливой.

— Я люблю петь. Очень люблю! Я мечтала, Боже, я так много мечтала петь на сцене! Папа… — берет небольшую паузу, но, отрешившись от любых негативных эмоций, продолжает улыбаться Денису. — Я никому даже говорить не смела. Папа бы никогда не позволил. Тихо мечтала. Тайно, — вздыхает.

— Скрывать свои мечты — шаткая позиция, если хочешь чего-то добиться, — замечает он.

А Шахину захватывает грусть.

Такая сила слышится в его словах и читается во взгляде, которой нет внутри нее. И, вероятно, не будет никогда.

— Да. Я понимаю. Не знаю… — вздыхает, опуская глаза. Смотрит на скатерть, на которой, в общем-то, нечего рассматривать. Она однотонная. — Я такая наивная. Делаю то, что мне говорят, а сама жду, что моя мечта без меня победит.

На глаза наворачиваются слезы, но она улыбается. Светится, словно до сих пор в это трепетно и неустанно верит. Задирая подбородок, смотрит в потолок. Издает хриплый смешок. Качает головой. И под его внимательным взглядом переключается на другую, более безопасную тему:

— Я люблю море. И небо. Там, где я родилась, счастливое небо и радостное море. Да, именно так. Там, на берегу, глядя в небо, можно кричать. Можно выкричать все-все свои чувства. Небо все принимает. Небо всех любит.

Рагнарин смотрит на нее. И его сознание простреливает четкая и упорная мысль:

«Какая она, Янка, неземная…»

В шумной и жадной массе людей она словно заблудившийся солнечный луч, который скользнул в глубокую тень. Яна не боится казаться смешной или глупой. Она живет лишь тем, что у нее внутри, не принимая негатив извне.

— Расскажи мне что-нибудь? — просит девушка. — Что ты любишь?

— Так, как ты, вероятно, ничего.

Рагнарин все видит намного проще. Не так, как описывает она.

— Ну, хоть что-нибудь? Нет? — просит с присущей ей смесью наивности и игривости. — Нет?

Сжимая губы, он качает головой.

— А хочешь, я тебя научу? По-другому научу смотреть? — загорается идеей Янка.

— Смотри… — подскочив, тянет Дениса за руку к панорамным окнам. — Смотри, смотри, смотри… — прижимаясь к его плечу, показывает ломящуюся в окно полную луну. Вероятно, ресторан занимает выгодное географическое положение, потому как она кажется большой и близкой. — Представь, — понизив голос, с замиранием, практически шепчет ему на ухо Шахина. — Представь, что там сейчас происходит…

Там ничего не происходит. Это абсолютно неблагоприятное для жизни место. Луна лишена атмосферы и магнитного поля, ежедневно подвергается солнечному и космическому излучению. Рагнарин все это знает, но все равно закрывает глаза и идет на мурлычущий голос Янки, как на новый достоверный источник познания.

— Представь, как солнце отражается от ее поверхности.