Политех

  Евстигнеев с уважением посмотрел на меня.

  - Ну и что ты скажешь например про Ковбоя?

  - Про Ковбоя-то... а вот это кстати идеальная роль для вас была бы - этот придурок из Нью-Йорка, так и вижу вас на этом месте...

  - Спасибо... так ты может меня и в Голливуд устроишь, если такой шустрый?

  - Зря смеетесь, может и устрою когда-нибудь... телефончик только не забудьте дать.

  Евстигнеев пожал плечами и написал на салфетке московский 7-значный номер.

  После этого помню, как гуляли по набережной и к нам пристали какие-то южные товарищи, девчонки наши им понравились, а мы с Инной разгоняли их и довольно успешно.

  Проснулся я в гостиничном судя по всему номере раздетый догола, при этом справа от меня лежало нечто с соломенно-желтыми волосами... потряс головой, зажмурился, когда открыл глаза, волосы превратились в пепельные, а под ними обнаружилась Анюта. Ну слава богу, грабли в одну воронку два раза оказывается тоже не падают...

  - Привет, солнышко, - сказал я ей, - не подскажешь, как мы здесь оказались?

  Анюта подняла голову, видок у нее был тот еще, хотя у меня наверно не лучше. Она немного похлопала своими длинными ресницами, потом ответила:

  - А ты не помнишь что ли ничего?

  - Ну не так, чтобы совсем уж ничего, но вот момент с заселением в номер у меня в памяти напрочь отсутствует.

  - Ты сказал на стойке регистрации, что ты внук Косыгина, нас и заселили сюда со свистом...

  Я застонал, обхватив голову руками.

  - А Евстигнеев куда делся? Он же мне не приснился, надеюсь?

  - Нет, Евстигнеев точно был, ты его в Голливуд звал, работу предлагал, а потом в меня пальцем тыкал и говорил, чтоб он запомнил, что это будущая звезда кинематографа.

  - А еще я там ничего не говорил?

  - Как не говорил, говорил конечно, причем без остановок, то по-фински, то по-итальянски болтал...

  Я еще громче застонал и очень захотел провалиться сквозь этот паркетный пол в номере и больше никогда не вылезать обратно. Анюта вдруг погладила меня по голове и утешила:

  - Да не стони ты, все нормально прошло, бывает и хуже. Хорошо, что я Вовчику сказала, чтоб он к твоей матери завернул и объяснил, что ты у товарища остался ночевать, а Инка то же моей матери сказала. А про то, как ты меня замуж звал, тоже не помнишь?

  - Ну ты уж меня за последнего лоха-то не держи, это я прекрасно помню. Как стукнет 18 лет, так и женимся - тебе когда кстати стукнет?

  - Нескоро, через полгода.

  - Значит в (я лихорадочно подсчитал в уме месяцы) апреле и сыграем свадьбу. Ты не передумала кстати за такого дурня выходить?

  - Да я-то нет, а ты?

  - Куда ж я от тебя денусь с подводной-то лодки, чудо ты мое зеленоглазое...

  - Давай вот с этого места поподробнее.

  - Какие подробности тебя интересуют, чудо?

  - Ну чего это ты меня вдруг выбрал, красивых девчонок-то вокруг много...