Полина Сергеевна

"

"Полина Сергеевна точно запомнила, во сколько случился приступ — в семь сорок пять вечера. После ужина они сидели на веранде, было тихо и уютно. Ольга Владимировна учила Тайку плести косички на «голове внучки профессора Доуэля» — так прозвали девчачью игрушку — манекен женской головы с длинными золотистыми волосами, к которому прилагались резиночки-заколочки, расчески-щеточки. Полина Сергеевна читала, укрывшись пледом, в своем любимом кресле-качалке. Маленькая Полинька спала в «дедушкиной причуде» — великолепной и страшно дорогой ажурной люлечке из белой лозы, которую Олег Арсеньевич, прежде не склонный к сентиментальным покупкам, привез из-за границы. Он был в командировке, когда родилась Полинька Маленькая, купил это чудо и таранил на себе, в багаж не решился отдать. Полиньке люлечка была уже тесновата, но ради дедушки малышку туда укладывали. До обещанного мультика оставалось пятнадцать минут, дети усядутся у одного телевизора, а взрослые в соседней комнате по другому телевизору будут смотреть новости. Пока же дедушка помогал внуку доделывать джонку. И самодовольно косился на Полиньку.

Дед и внук тихо переговаривались.

— Сюда что? — спрашивал Олег Арсеньевич.

— Деталь «А-пять».

— Подай мне.

— Держи.

Неожиданно Эмка замер, встал со стула, повернулся к Полине Сергеевне:

— Ба…

И упал, забился в конвульсиях.

Припадок длился пять минут, новости не успели начаться. Очнувшись, Эмка был слаб, ничего не помнил, с вялым удивлением смотрел на встревоженных родных. Утром они поехали к врачу.

* * *Эпилепсия как последствие травмы весьма вероятна, сказал доктор, но не стопроцентна. Энцефалограмма специфической активности мозга не показала, однако очаговая электрическая активность пораженных участков могла возникать внезапно. Больше всего пугало, что ребенок не чувствует приближения припадка и падает лицом на пол, на асфальт, снова травмируя голову. Полина Сергеевна прочитала о детской травматической эпилепсии массу литературы. Узнала, что у детей-эпилептиков часто наблюдаются аккуратность, доходящая до педантизма, скупость, злопамятность. Это все не про Эмку. Педантичная аккуратность? Он неряха, каких поискать. Или пока болезнь не развилась? Но ведь велика вероятность, что и не разовьется вовсе!

Пока же его нельзя отдавать в новую школу. Старая — под боком, там все Эмку и бабушку знают, там можно объяснить, как действовать в случае приступа. А в новой школе сразу все новое: одноклассники, учителя — поди обрадуй их, что привели мальчика с угрозой эпилептических припадков, будьте готовы, пожалуйста.

— Может, пусть вообще в школу не ходит? — предложил Сеня. — На черта она сдалась? Пригласим учителей, пусть дома ему преподают.