Полет над гнездом индюшки

Девочка подходила ко мне все ближе и ближе и наконец остановилась у соседнего столика, за которым сосредоточенно двигали челюстями двое парней.

Не успела побирушка к ним приблизиться, как один из едоков отпихнул ее ногой. Малышка не удержалась на ногах, пролетела вперед и со всего размаха угодила личиком на ножку моего столика.

Я вскочила, уронила коктейль, бросилась к девочке, подняла ее, увидела, что у нее вся мордашка в крови, и закричала:

– Эй, скорей принесите воды!

– Оставьте ее, – сказал парень, пнувший ребенка, – цыганский … одним меньше, одним больше!

Девчушка молча прижалась ко мне, ее огромные черно-карие глаза были полны слез, по лбу и щекам текла кровь. Я обняла девочку и сказала парню:

– Ты подонок!

– Эй, поосторожней, – покраснел тот.

– Сволочной подонок, – повторила я и понесла ребенка в туалет.

Стоявший у входа секьюрити преградил мне путь:

– Цыганам сюда нельзя.

– Девочка ранена.

– И что? Ей не привыкать, все время бьют, бросьте у парапета, здесь ее родственники ходят, заберут.

Чувствуя острое желание отхлестать охранника по щекам, я открыла сумочку, вытащила французский паспорт, помахала им перед носом служащего.

– Имейте в виду, я корреспондент газеты «Монд», представляю, как обрадуется ваш хозяин, прочитав завтра, что в его забегаловке по расовым причинам отказали в помощи раненому ребенку.

Глаза охранника забегали, но тут к нам подскочил мигом оценивший ситуацию администратор и затараторил:

– Сюда, налево, прошу вас, сейчас принесем йод и бинты. Ах, бедная девочка! Служащие «Макдоналдса» всегда придут вам на помощь.

Я только вздохнула, низкопоклонство перед иностранцами в крови у бывшего советского человека, но откуда оно у двадцатилетнего паренька? Хотя скорей всего он испугался, что его высекут за антирекламу в газете.

Я умыла девочку и залила ссадину на лбу йодом. Ребенок, молчавший все время, после окончания процедуры протянул мне чистую ладошку:

– Лавэ нанэ?

Вот молодец, не забывает своих профессиональных обязанностей.

– Лавэ нанэ, – ответила я, – могу угостить тебя мороженым.

Мне было не жалко дать ей денег, только девочка ведь отдаст их вполне здоровым маме с папой, а те купят водку.

Когда инцидент был исчерпан, я вышла из «Макдоналдса» и закурила. Постою лучше тут, у ларька с газетами. Таня заметит меня.

– Эй, Даша, – раздалось сбоку.

Я обернулась. Около меня стояла молоденькая цыганка лет пятнадцати, не больше. Из-за ее юбки выглядывала девочка с ссадиной на лбу.

– Это ты Машу умыла? – спросила цыганочка.

– Да.

– Спасибо тебе.

– Зачем одну отпускаешь?

– Так деньги собирать надо.

– Маленькую легко обидеть.

– Ничего, пусть привыкает, – улыбнулась цыганка, – уворачиваться научится.