Полет над гнездом индюшки

– У вас в мозгах заклинило! Вы не пробовали за конец подергать?

– Проезжай, – вконец обозлился Павел, – а то я сейчас тебя за конец дерну.

– Эй, погодите, – донеслось из другой машины.

– Ну кто там еще? – воскликнул Виктор.

Из очень старого «Мерседеса», произведенного этак году в шестидесятом, высунулась девчонка.

– Во, у меня такие же кроссовки!

– С чем тебя и поздравляю, – буркнул Виктор.

– Там кнопочка есть, – сообщила тинейджерка, – нажмете, крючки и отстегнутся.

Я ткнула пальцем в пупочку, шнуровка мигом ослабла. Но я рано обрадовалась: выяснилось, что босой ногой нажимать на педали тоже нельзя.

– Надевайте их снова, – со вздохом протянул мне кроссовки Виктор.

– Ни в коем случае, – отшатнулась я.

– Н-да, – буркнул Павел и нырнул в будку.

Через секунду он вернулся, неся два кирзовых сапога.

– Надевайте.

– Ни за что.

– Попробуйте, очень удобно, и размер почти совпадает, сороковой.

Понимая, что повлиять на ситуацию не в состоянии, я покорно натянула кирзачи.

– Ну как? – заботливо спросил Виктор.

– Намного удобней, чем раньше, – признала я.

– Тогда до свидания, – заявил Павел.

– Сапоги верну завтра, – пообещала я.

– Оставьте их себе, – отмахнулся Павел.

– Считайте, что мы поменялись, – захихикал Виктор.

Глава 24

Не успела я въехать во двор, как Ирка вышла на крыльцо с полным помойным ведром.

– Нравится? – спросила я, распахивая дверцу.

– Ничего, – кивнула домработница, – хорошая машина, только цвет дикий, у меня от такого сразу мигрень начинается!

– Ты же сказала, что обожаешь лимонный цвет, – оторопела я.

– Да вы чего! – Ирка с грохотом опустила на ступеньки ношу. – Я теперь его ненавижу, прямо скрючиваюсь вся. Вот оранжевый – тот обожаю. Эй, погодите, а при чем тут я?

– При том, что я разбила твою машину и купила тебе новую. На, ключи и документы.

Ирка уставилась на «лимон». Видно было, что она силится выдавить из себя какие-то слова, но они застряли у нее в горле.

Я вылезла наружу.

– Матерь Божья, – отмерла Ира, – Дарь Иванна! Ополоуметь можно!

– От чего?

– Вы в кирзачах?!

– Что бы ты понимала! – вздохнула я. – Это самая наимоднейшая обувь в нынешнем сезоне. Кирзовые сапоги от Шисейдо страшных денег стоят!

В дом я прокралась, словно вор, и быстро шмыгнула в спальню. Разговаривать с домашними не хотелось, я решила пока никому не говорить о смерти Лизы. Саша пробудет в больнице еще неделю, значит, у меня есть время. Человек, задумавший убийство, находится здесь, рядом, более того, мне кажется, что я знаю его имя. Это Раиса.

Ну посудите сами. Рая появляется в доме в твердой уверенности, что через некоторое время станет единоличной обладательницей большого капитала. Алю можно не брать в расчет.