Родословная до седьмого полена

Я засмеялась: «Солнышко, с удовольствием. Есть сто рублей до зарплаты. Аванс дадут послезавтра».

Но она не отставала: «Возьми кредит. Мне в займе откажут, а у тебя зарплата стабильная, буду тебе долг очень аккуратно выплачивать». Я поинтересовалась сколько ей надо. И услышала: «Два миллиона».

Естественно, я начала расспрашивать, для чего ей столь огромная сумма понадобилась. Катя объяснила, что можно купить квартиру, несколько комнат в хорошем районе. Это не обман. От жилья избавляется родственница Петра, того, что в клуб ходил. Она удачно вышла замуж за иностранца. Подробности я не помню. Катюша хотела жить отдельно от родителей.

— Почему миллионер Петя не мог дать девушке в долг? — удивилась я.

— Я задала ей аналогичный вопрос, — кивнула Вера, — и услышала в ответ, что они с Петром едва знакомы и он вообще никому материально не помогает. Раньше ссужал деньги и в результате терял и бабки, и приятеля. Люди считают, что богатому ссуду можно не возвращать, подумаешь, он копейки не считает. И чтобы не испытывать неудобства при встрече, должники отношения разрывают.

Все мои попытки объяснить Кате, что у ее родителей есть прекрасное жилье, не нужны ей свои апартаменты, разбивались о желание глупышки приобрести хоромы. Я спросила: что будет, если ты вовремя платеж не внесешь? Долг на ком повиснет? Катя развернулась и пошла к двери, вроде все поняла, не злилась. Но, похоже, внутри у нее кипело, потому что на пороге она обернулась и сказала: «Отлично знаю, что я не Соня, ради которой Зинаида Семеновна душу черту продаст. Отец только о матери думает, бесконечные поездки ее по монастырям оплачивает, для меня ничего не остается. К тебе я обратилась просто так, отлично понимала, что вон меня пошлешь. Я не в обиде. Никто не должен чужие проблемы решать. И я со своими сама справлюсь».

Отчеканила это вроде не зло, но мне не по себе стало, я пошла за Катей на лестницу, говорю: «Катюша, ты несправедлива. Твой отец с утра до ночи работает. В кошелек тебе он кидает немного, но ведь у Валеры нет газовой трубы. Меня тоже понять можно. Где гарантия, что ты не задержишь выплату? Я тебя люблю, но…» Она меня перебила: «Любовь не терпит никаких «но». Знаешь, что такое настоящее чувство? Когда для человека все сделаешь, независимо от того, станет он тебя благодарить или нет, вернет долг или нет. В подлинном чувстве отсутствует эгоизм. Уж я-то знаю, я, в отличие от кое-кого, умею любить и все сделать для него готова».

Катюша даже в школьные годы не отличалась подростковой горячностью. И вдруг такое заявление!

Вера помолчала и тихо договорила:

— Через неделю Валерию позвонили из полиции: «Приезжайте, ваша дочь умерла». Хоронили мы ее не на третий день, как положено, тело позднее отдали. Дознаватели всякие экспертизы делали.