Полдень, XXI век, 2003 № 04

— Не, не буду, — кричит мальчик ему вслед, одной рукой оправляя на себе рубаху, а сам ехидно смеётся.

Мужчина ведёт нетерпеливо, торопится, хочет поскорее довести, потому что чувствует себя уже очень плохо. Перед глазами у него всё рябит, ветки деревьев, серые верёвки крапающего дождя сливаются в одно целое со струнами фонарных столбов. Их сразу становится трудно отличить друг от друга. По этой причине машину на повороте заносит, и она впиливается водительской стороной в столб. Видно, что шофёр там внутри скорчился и ткнулся лбом в рулевое колесо. Мальчик, не торопясь, подходит и снимает с него ещё два пузатых мешка, крепких и плотных, насосавшихся. Он ещё некоторое мгновение ждёт, покуда мешки окончательно нальются и отскочат. То ли он сам их незаметно воткнул, то ли он видел, что они уже торчали там, когда мужчина нагибался над мостовой, когда он потом тянул время, задавая свои дурацкие вопросы. Мальчик неспешно пихает мешки внутрь своего рюкзака, видно, что торопиться ему некуда, мужчина провожает мешки понимающими глазами, равно как понимает он, что совсем обессилел и сделать ничего не может. Мальчик затягивает верёвку и уходит, волоча за собой за лямки тяжёлый рюкзак по асфальту.

Последний кадр. По улицам города с извлечённым из кобуры пистолетом проходит инспектор уголовного розыска. Он хочет разобраться. Он приехал со специальным поручением из соседнего города, где начальство несколько раз звонило по междугородному телефону, и никто не может понять, наконец, куда же из города делись все люди. На город как будто бы свалилась откуда-то нейтронная бомба, чистая, как первоапрельский снег. Время от времени на пути инспектора попадаются мёртвые тела, завёрнутые в однотипные серые драповые пальто. Трупы выглядят красиво, нету не них ничего, ни крови (ни кровинки), ни пыли, ни грязи, ни следов борьбы или сопротивления, но инспектор не обращает на них уже ровно никакого внимания.

— Почему я себя сегодня так плохо чувствую? — спрашивает вслух генерал — полковник милиции, это то, что его действительно занимает. И он не находит ответа на поставленный вопрос. Потом, слегка нагнувшись, он достаёт из подмышки полиэтиленовый пакет, который как раз в этот самый момент, надувшись, отскакивает и с тихим щелчком по типу засоса при поцелуе, падает к нему в руки.

— Ага, — говорит генерал-полковник, он вообще человек неглупый, он сразу уже всё понимает, что уже поздно, что он потерял слишком много крови, сил у него совсем уже не осталось, чтобы дойти до ближайшего угла, поэтому он садится под стену в углу, чтобы ждать там наступления покоя.

— Подожду здесь, — он говорит себе с надеждой, — ещё немного. Может, усну.