Полдень, XXI век, 2003 № 04

Курить — здоровью вредить. Давно бросил-то?

— Мало общаемся, — теперь вздохнул Митрич. — Я не знал.

Помолчали. Молчать было хорошо, не в тягость, и пиво было тоже что надо, хорошее пиво, свежее, холодное.

— Тут жена твоя приходила. Что-то про сильную личность плела. Я не понял, сбежал. Вы что, поссорились?

— Я говорю: поругались, что ли?

— Ерунда, — тихонько передразнил литературный сибиряк. — Тебе ерунда, а я еле отбился. Все словно с ума посходили… Здорово ты ее, видать, достал.

— Человечество несовершенно, Митрич.

— Ну да. Ты только Автору этого не скажи.

Больше говорить, собственно, было не о чем, и мы снова замолчали — и молчали до тех пор, пока со стороны Пролога не послышалось чавканье грязи.

— Еще кого-то на фиг несет, — равнодушно откомментировал Митрич. — Если кто знакомый, за пивом отрядим, верно?

Источник звука быстро приближался. Уже было понятно, что это не один персонаж, а вскоре из мрака действительно вынырнуло несколько теней. Они прошли чуть ниже нашего пригорка, вломились в кусты, а следом за ними уже шел кто-то еще и еще.

— Вот черт, — сказал Митрич. Я обернулся и увидел, что он смотрел вверх. Непроглядная ночь быстро бледнела, превращаясь в белую. На небе среди привычных тусклых звездочек одна за другой вспыхивали новые и новые, крупные, с копейку, с кулак! И они двигались, перемещались!

Никто не останавливался, не пытался заговорить.

— Эт-то что за нашествие… — выдавил из себя Митрич. — Эй, орлы, куда летите?!

Но орлы, не разевая клювов, перли и перли. Впрочем, у подавляющего большинства вместо лиц были одни наметки — сразу видно, что из массовки. Но в Прологе не было такого количества массовки!

— Во, блин! — Митрич аж взъярился от такой наглости. — Эй, сердечные, есть тут у вас Моисей или сами по себе мигрируете?

Кто-то хмыкнул над ухом. Рядом переминался с ноги на ногу один из незнакомцев. У этого с физиономией был порядок.

— Я вижу, у вас эмблема «Поиска», — ткнул он пальцем. — Я тоже с этого корабля. Вы кто?

— Инженер-механик мы, — медленно и внятно объяснил я.

— А я — курсант Ильюхин. Когда в корабль попадает метеорит, какой-то Бегунько выбежит и заорет: «Тревога!», а я кинусь к блоку противометеоритной защиты и тоже заору: «Не надо паники! Еще не все потеряно!», а потом дерну за рычаг и…

— Нету такого в тексте, — прошептал Митрич. — Нету.

— Так вы чё, еще ничего не знаете, аборигены?

— Что повесть на сокращение отдали?

— Не на сокращение, а на переработку.

— Один хрен, — сказал Митрич.

— Э, дядя! Темнота! Будут вашу повестушку перерабатывать в роман. Двадцать пять авторских листов, а там, глядишь, и продолжение закажут. Ну ладно, братва, завтра побазарим. «Не на-адо паники, еще не все потеряно!»

И курсант кинулся догонять свою шеренгу.