Хозяюшка Покровской крепости

По всем признакам выходило, что большой тракт будет проложен чуть северней поселения, но инфраструктуру уже можно будет готовить. На карте успели нанести все ключевые точки. Не зря, выходит, Прокопий Мухин суетится.

- Михаилу Парамоновичу из столицы передали письмецо большое и какую-то посылку, а он как её получил так и сел на лавку словно пришибленный, - продолжал во всех красках описывать увиденное. - Только вот никто не понял, чего ему там такое привезли.

- Позже сам расскажет, если посчитает нужным, - принялась прибирать со стола. - Лучше скажи, стекло нынче привезли?

- Привезли. Только Шило его быстро заграбастал и сказал, что выдавать будет только с особого указания коменданта, - принялся собираться. - Засиделся я у тебя, а меня работа ещё ждёт, - поклонился мне ни с того ни с сего. - Благодарствую за хлеб соль, хозяюшка, - а я чуть было не прыснула со смеха от его важности и новоявленной учёности.

«Хотя бы Манькой перестал кликать, и то ладно, - промелькнула мысль. - Может и правда помогут поступить на учёбу».

Прохор ушёл, а я запустила котов в избу с прогулки и взялась за работу. На обучение девчонок мне комендант дал добро. Детям служивых и обслуживающих крепость людей позволили приходить ко мне на занятия в избу. Места для этого за нашим столом вполне хватит. Самой мне бегать в деревню и тягать тяжёлые книги не придётся.

В последние дни корректировала план обучения, чтобы была определённая система. Пришлось напрячь свою память и вспомнить собственные школьные годы. В привезённых учебниках материал излагался просто, но книги были в единственном экземпляре. Поэтому взялась составить наглядные дидактические карточки для изучения алфавита и счёта из подручных материалов."

"Бумагу выклянчила у Макара Лукича из старых запасов. В настоящее время привозили более светлую и качественную ему для работы. Тонкие листы он придержал для себя, а вот более плотную и грубую бумагу выделил.

- Чужого не сберёг, своего не увидишь, - приговаривал при этом откладывая для меня листы. - Вижу как о нас печёшься, поэтому для тебя и не жалко. Ты ведь, Марья, будто бы жизнь вдохнула в нашу службу, - заметил невзначай.

- Макар Лукич, многие солдатики ропщут, что работой их загружаю бестолковой кроме службы в крепости, - нажаловалась без обозначения имён. - Не со всеми общий язык я и понимание нашла.

- Это они по скудоумию своему недопонимают важность работы, - попытался мне объяснить доходчиво таким тоном словно с малолетним ребёнком разговаривал. - Многих оторвали от семьи и ремесла. В крепости ведь как было - сдал пост и можно на боковую до следующего наряда. Строевой наш начальник гарнизона не увлекается. Хозяйство содержит в порядке, солдатики сыты и одеты, а их в строгости и крестьянской работе держать нужно.