Одержимость: Покоряясь тебе

Я часто буду занозой в заднице, и я буду выводить тебя из себя. Буду требовательным, раздражительным, командующим, и однажды ты возненавидишь все это. Ты возненавидишь меня. – В его глазах мелькнула боль, выдавая, насколько человеческие чувства ему не чужды. – Это никогда не будет просто, Грейс. Каждый день как чертова борьба!"

"– С чего ты вообще взял, что я хочу, чтобы было просто? – Я всплеснула руками, испытывая отчаянье. – Ты не допускаешь, что менее безумное, чем это, – я жестом указала пространство между нами, – больше не устраивает меня? Да, я порой хочу тебя убить, порой ты настолько сильно бесишь меня, что у меня ладони чешутся от желания врезать по твоей смазливой, самоуверенной физиономии. – Я хмурюсь, а губы Адама трогает улыбка. – Но… Я совершенно точно знаю, что другое мне не надо. Другое я не хочу.

Адам запустил руки в волосы и глубоко вздохнул. Потом поднялся и направился к ограждению крыши, и чем ближе он подходил, тем сильнее колотилось мое сердце.

Его плечи напряглись, и он буквально был пропитан противоречиями. Я не могла не заметить, что ему хотелось поверить мне и хотя бы попробовать, но что-то в итоге его останавливало.

– Знаешь, то, как близко ты возле края, заставляет меня нервничать, – поднявшись на ноги и обхватив плечи руками, призналась я.

Но будто не слыша меня, Адам подтянулся и легко забрался на ограждение, оказавшись в нескольких сантиметрах от края.

Я шумно выдохнула, и мое сердце пропустило удар; горячая кровь хлынула в лицо. Голова закружилась от самой мысли, что Адам стоит в шаге от обрыва.

– Адам, пожалуйста, слезь. – Я сделала шаг в его сторону, чувствуя тошноту, которая всегда возникала, когда я была на большой высоте. – Не шути так.

– Я не пытаюсь намеренно испугать тебя, Грейс. – Он повернулся ко мне, разведя руки в стороны. Его волосы трепал ветер и мой пульс словно сошел с ума при мысли, что одно неверное движение, и он сорвется. – Это то, что я делаю время от времени. Глупые поступки, угрожающие жизни. Но это я, такой, как есть. Я не могу обещать тебе, что больше никогда не заберусь на эту крышу или перестану участвовать в боях, где парни превращают друг друга в кусок отбивной. Потому что это была бы не правда. – Он пожал плечами, глядя на меня так, будто я вот-вот развернусь и уйду. – Ты, правда, хочешь этого? Быть с человеком, который всячески потакает своей агрессии?

– Слезь оттуда, и мы поговорим об этом, хорошо? – так спокойно, как могла, предложила я. Я не могла связно думать, пока он стоял на краю крыши пятидесяти восьмиэтажного здания.

Когда Адам спустился, и я могла не бояться, что сильным порывом ветра его снесет в пустоту, я позволила своим чувствам вырваться наружу.