Одержимость: Покоряясь тебе

Застонав, Адам осторожно отстранил меня, переводя дыхание.

Я откинула упавшие на лицо волосы, в полнейшей растерянности глядя на него.

– Что… что случилось? – запнувшись, удивилась я.

Мужчина прикрыл глаза и, поморщившись, покачал головой.

– Извини, Грейс, но нельзя. Я не буду заниматься с тобой сексом.

Я обескуражено заморгала, не зная, что и думать.

Адам отказывается от секса?

Это не просто странно, это дико.

– Почему? – спросила я, пытаясь не показать, что уязвлена его заявлением.

– Это не потому, что я не хочу тебя, – улыбнувшись краешком губ, поспешил успокоить меня он, все правильно рассудив по моему лицу. – Это из-за лечения. Сейчас может быть опасен любой контакт между нами, тем более секс. Я боюсь, что могу сорваться. – Он отвел взгляд, понизив голос на последнем предложении. – Я еще не стабилен, и доктор Берк утверждает, что любые действия, которые порождают всплеск сильных эмоций, таких как страсть и сексуальное возбуждение могут спровоцировать приступ неконтролируемой агрессии, направленной как на себя, так и на того, кто окажется рядом.

Я слушала и понимала, что в словах Адама есть логика. Наверное, нам сейчас и правда, лучше воздержаться от подобных контактов. Но, Господи, как же я хотела его! И услышать, что мы не будем заниматься сексом в течение неопределенного времени по медицинским показателям, заставляло меня подумать о том, чтобы засунуть голову в ведро со льдом.

Если бы мы были в тупой комедии, а я была мужчиной, я бы уже высыпала гору льда в свои штаны.

– Поверь, для меня это еще трудней, чем для тебя, – страдальчески усмехнувшись, заверил меня Адам. – Потому что я сам готов связать себя лично, чтобы держать свои руки при себе и не наброситься на тебя. И дня не прошло в течение этих недель, когда бы я ни думал о тебе и не хотел тебя."

"От его признания, произнесенного охрипшим голосом, по моему телу прошлась сладкая, томительная дрожь. Желание вновь стало назревать во мне, сосредотачиваясь внизу и отдаваясь пульсацией, свидетельствующей о том, как сильно я возбудилась.

Сглотнув, невольно я вновь приблизилась к нему, но чтобы не поддаться искушению и не трогать его, сжала руками простыню под собой.

– Ты, правда, думал обо мне каждый день? – Мой голос прозвучал интимней, чем я рассчитывала. Я не хотела заводить Адама и не хотела возбудиться еще больше, но мои действия словно были неподконтрольны голосу разума, который, к моему стыду, едва слышался.

Адам медленно кивнул, и его глаза сверкнули, а взгляд переместился на мои губы, которые я как раз облизнула.

– Что же ты делал, чтобы справится с этими… мыслями?

Я определенно ходила по лезвию ножа, но мои глаза то и дело опускались на его рот, который я так хотела поцеловать.