Одержимость: Покоряясь тебе

– Грейс, что ты делаешь?

Лорен вошла в кухню, когда я рассортировывала принесенную еду и убирала ее в холодильник. Люди несколько дней несли всякие запеканки, салаты и окорока и я просто не знала, что со всем этим делать.

– Надо разобраться с едой, иначе пропадет, – пробормотала я, пряча свои покрасневшие глаза от подруги. Меня не так волновала проблема со всей этой едой, как просто желала чем-то занять руки. – Ее так много. Почему люди думают, что если в доме кто-то умирает, непременно нужно принести с собой еду. Почему никто не задумается, сколько проблем это создает? – Я взмахнула руками, ощутив раздражение, потому что места в холодильнике почти не осталось, а блюд на столе еще хватало.

– Оставь это. – Лорен подошла ко мне и мягко забрала из моих рук контейнер с очередным картофельным салатом. – Я найду, куда пристроить эту еду. Есть несколько вечно голодных студентов-спортсменов, которые будут рады ей, хорошо?

Лорен успокаивающе улыбнулась мне, а я вдруг почувствовала себя глупо. Нашла из-за чего нервничать!

– Хорошо, – ответила я вялой улыбкой.

– Ты лучше пойди и отдохни. Люди почти разошлись, мы с Эм справимся.

Поблагодарив Лорен, я поднялась в свою комнату и первым делом сняла черное платье, которое мечтала стянуть с тех пор, как надела утром. Переодевшись в домашние треники и свободную футболку, я легла поверх покрывала, но вместо того, чтобы попытаться заснуть, стала разглядывать потолок.

Мой отец-неудачник так и не появился на похоронах своей матери. Я чувствовала такую огромную злость на него, что сомневалась, чтобы когда-нибудь смогла простить ему это.

Я столько раз жертвовала чем-то ради отца. Каждый раз, когда он попадал в очередной переплет, я приходила ему на помощь, если он просил меня о ней, а он почти всегда просил. И как бы он не разочаровывал меня, я никогда не отказывала. Но это стало последней каплей.

Я больше не собиралась жертвовать ничем ради Патрика Колдвела."

"Странно, но приняв такое решение, я ничего не почувствовала. Разве только облегчение. Будто балласт с души упал. Наверное, в подсознании я уже давно сбросила отца со счетов.

Я просто больше не хотела видеть этого человека в своей жизни.

Прошло несколько часов, а я так и не смогла заснуть. Я без конца думала о двух вещах: о том, что потеряла бабушку и Адаме.

Не знаю, каким надо быть человеком, чтобы в такой момент думать о мужчине. И не просто мужчине, а том, кто миллион раз причинял мне боль, к тому же намеренно. Но правда была в том, что я не могла выкинуть его из головы. Я не могла перестать думать о нем, чувствовать к нему сотню самых разных эмоций. Будь то злость на него, негодование, обида, страсть, вожделение – все были по-своему очень сильными и яркими.