Покоривший СТЕНУ 14: Принцесса ионитов

Если частица проходчика, послужившего частью Мёртвой Мечты в нём существовала, больше её нет. Для этого и нужно было сперва прожарить терминал на огоньке с мёртвой магией.

Теперь это просто автономный ионитовый терминал, с той лишь разницей, что обладающий собственной волей.

Вырвавшись из завала, терминал вновь поднялся над заражённой платформой.

И после очистительного огня мёртвой магии осталось всего два шага до нашей победы.

— Система! Аудитор Арктур! Запрашиваю аудит терминала! Обнаружены нарушения принципов работы!

Стена нехотя отозвалась скрипом и сверху из-за едкой взвеси дыма вниз медленно пополз одинокий и сильно покорёженный инфо-терминал.

Аудит невозможен. Запрет наложен корректором «Мечтатель».

— Запрашиваю аудит корректора Мечтатель, — ответил я. — Нарушено минимальное значение осознанности. Возможно, корректор мёртв.

Идёт сканирование.

Аудит одобрен.

Обнаружена системная ошибка неизвестного типа.

Права корректора не могут быть отозваны удалённо.

— Ошибка связана с искажением работы терминала. Отзови системную защиту терминала.

Принято.

Отлично. Любой терминал состоит из рабочего компонента и системного ядра. Это я уже знал, взламывая свой свой первый терминал. Тогда я через магию крови внедрился в систему, обойдя защиту. Но здесь этого было мало.

Сперва нужно было избавиться от влияния корректора-ренегата.

Затем — от защиты ядра со стороны фрактала.

И наконец, последний шаг. Когда от терминала ионитов осталась лишь сама ионитовая оболочка осознавшей себя машины…

— Сайна, твой выход, — сказал я, и механистка протянула в сторону терминала подаренное системой устройство, позволявшее ей благодаря навыкам подчинять ионитов.

Нет, мы не просто победим в этом бою.

Мы уйдём из этой локации с огромным трофеем!

6. Вероятности, с которыми не стоит играть

В прошлый раз системную защиту я обошёл магией крови, текущей в древе-терминале. Теперь же просто открыл ворота, и ионитовая составляющая осталась один на один с Сайной.

Странный ржавый прибор засиял алым, как когда она подчиняла ионитов поменьше. Затем подсветка внутри терминала часто замерцала алым, как замерцал и прибор в руках девушки.

А чуть погодя — точно так же замерцали и глаза самой Сайны, будто были лишь частью механизма.

Жутковатое зрелище длилось долго. Минут пять или больше. В таком напряжении они казались настоящей вечностью. Лишь тишина и мерцающий алый свет.

Оставшиеся бедствия, которые не добежали до этой платформы, застыли.

Показалось, будто всё вокруг стало темнеть, хотя может — только моё воображение.

Затем в какой-то момент бедствия будто выдохнули и начали бесцельно брести на одном месте.

К счастью, всё это было достаточно далеко от нас, и сокращать расстояние они не спешили.