Покоренный ее красотой

Если помните, его мать, сбежав во Францию, прихватила его с собой. Он получил там университетское образование. А затем вернулся, окончил Оксфорд и был принят в Королевский медицинский колледж в возрасте двадцати трех лет, что практически неслыханно. После чего отправился в Эдинбург и занимался там чем-то таким…

– Корнелиус, – сказала Зенобия, прервав его тираду, – даты, оказывается, трус.

– Я не трус! – огрызнулся виконт. – Просто у меня есть важные дела в городе. Состоится заседание палаты лордов, где требуется мое присутствие. Мой голос, да будет тебе известно, очень важен для исхода голосования.

– Ты жалкий трус, – повторила Зенобия. – Ты не желаешь ехать туда и предстать перед Зверем, хотя посылаешь свою дочь – свою беременную дочь – прямо в его пасть.

Линнет начала чувствовать себя как девица при дворе короля Артура, предназначенная на заклание огромной змее. Ее тетка превращала любое событие в мелодраму, хотя следовало признать, что нынешняя ситуация заслуживала некоторой драматичности.

– Ты отдаешь свою дочь на милость этого бешеного типа! – повысила голос Зенобия.

Удивительно, но виконт не дрогнул.

– Я уже принял решение. Я не поеду в Уэльс.

Линнет знала этот вкрадчивый тон. Он не поедет.

– Почему? – спросила она, опередив Зенобию.

– Я не желаю быть сводником для собственной дочери, – заявил виконт. – Возможно, я был рогоносцем, но не намерен усугублять позор, сводничая для своего единственного ребенка.

– Ты уже сделал это! – резко бросила Линнет. – Ты продал меня сегодня, солгав о ребенке, хотя все мы знаем, что я не в положении.

Челюсть лорда Сандона напряглась.

– Твоя мать никогда не говорила со мной в таком тоне.

Это действительно было так. Линнет не могла припомнить случая, чтобы голос Розалин утратил свои нежные, мелодичные нотки. Тогда как голос Линнет скрипел от гнева, которого она не смогла сдержать.

– Извини, что разочаровала тебя, папа, но это правда, независимо от моего тона.

– Правда состоит в том, что всех девушек, так или иначе, продают, – заявила Зенобия. – Но я действительно считаю, что тебе следует сопровождать бедную Линнет, Корнелиус. А что, если Марчент бросит на нее один взгляд и откажется жениться?

– Не откажется! – отрезал лорд Сандон. – Мы все это знаем…

Тут дверь открылась, и появился Тинкл.

– Его светлость, герцог Уиндбэнк, просит принять его.

– В это время дня? – удивился виконт.

– Он что, снаружи? – спросила Зенобия.

Оказалось, что герцог действительно сидит в карете, ожидая, что лорд Сандон уделит ему минутку.

– Пригласи его войти, – сказал виконт, прежде чем повернуться к Линнет. – Видимо, он не может ждать до завтра, чтобы встретиться с тобой.

– Ему нельзя видеть меня, – встревожилась Линнет, бросив взгляд на свой плоский живот.