Покоренная судьбой

Она была так погружена в музыку, что, казалось, не замечала меня. Ее глаза были закрыты. Я никогда не думал, что мне понравится балет, но, наблюдая за этой девушкой, я не мог представить, как оторву взгляд от нее.

Мой разум опустел, сердцебиение замедлилось, и все жестокие мысли покинули меня, когда я медленно прошел дальше в комнату, притягиваемый к ней.

Где-то раздалось тявканье, вырвавшее меня из задумчивости. Глаза девушки открылись, и она повернулась ко мне. Глаза темные, как горький шоколад. Эти глаза напомнили мне о человеке, который был на верхушке моего списка убийств, если мир между Фамилией и Каморрой когда-нибудь закончится. Невио, мать его, Фальконе.

А это был не кто иной, как его близнец. Грета Фальконе.

Ужас исказил ее лицо. — Нет!

Я напрягся, подняв руки. Она не дала мне шанса что-либо объяснить. Вместо этого она промчалась мимо меня на расстоянии вытянутой руки, оставляя за собой лишь запах ванили, когда убегала из домика. Я обернулся и увидел, как она бежит вверх по склону, ведущему к особняку, со скоростью, которую я не считал возможной при ее маленьком росте.

— Черт! — неужели я только что так напугал Грету Фальконе, что она с криками убегает?

Римо Фальконе не дал бы мне шанса объясниться. Он просто всадил бы мне пулю в голову. Если отец не убьет меня первым.

Я бежал за Гретой. С моими гораздо более длинными ногами я вскоре снова увидел ее, когда она спускалась по лестнице в подвал.

Даже не останавливаясь, я погнался за ней. Возможно, она вела меня в подземелье, где ее злой близнец мог пытать меня по своему желанию.

— Стой! — крикнул я.

Но она не остановилась. Вместо этого она свернула за угол, потом еще за один, а потом исчезла в комнате. Я бросился за ней, но она уже снова была на выходе. Я не мог остановиться, и она налетела на меня, отскочив от моей твердой груди, как мячик. Мои руки вырвались и схватили ее, чтобы остановить падение. Мои пальцы полностью сомкнулись вокруг ее тонких запястий. Ее тело напряглось, как тетива, глаза расширились, рот раскрылся, и она с силой отпрянула. Я отпустил ее, и она, спотыкаясь, попятилась назад, а затем упала на пол.

Раздался громкий сигнал тревоги, и я резко обернулся. Носок моего ботинка ударился о деревянный клин, но я был занят тем, что пытался понять, как остановить вой.

— Нет! — крикнула Грета, указывая на тяжелую стальную дверь, которая с громким лязгом захлопнулась.

Электронная панель рядом с ней один раз засветилась красным, затем погасла, и через несколько мгновений сирены прекратились.

— Что это за дерьмо? — прорычал я. Неужели это был план Фальконе с самого начала? Заманить меня в камеру в его подвале? Это была ловушка?

И тут я вспомнил кое-что, вернее, кое-кого.

Я отвернулся от стальной двери и опустил взгляд на девушку, скорчившуюся на земле.