Не покидай меня

И теперь мы неторопливо движемся в сторону гор в составе одного из последних караванов. Мы опять барды, но в

этот раз скрываем свое обличье при помощи капельки магии. Дан изображает мужчину средних лет, бывшего

наемника, потрепанного и побитого жизнью, но еще крепко стоящего на ногах и умеющего защитить себя и свою

полукровку племянницу. Пою и играю я, а «дядюшка» меня охраняет и бережет. Девица я нелюдимая, рот

открываю только чтобы петь, а потому ухажеры меня не сильно донимают. Да и у моего немного

прихрамывающего родственника тяжелый характер. Основную маскировку взяли на себя вещи, магией мы только

лицо Дану подправили. Глазки уменьшили, шрам нанесли, морщины нарисовали и все. Дело выгорело. Багира идет

стороной. Уж больно легко нас по ней опознать и своим, и чужим, а маскировка — это прежде всего безопасность.

В одном из небольших городков, на постоялом дворе встретили своего конкурента. Голос средний, способности и"

"того ниже, но вот балладу он пел явно любимую народом и даже мы были под впечатлением. О чем она? О-о-о, она

о двух смелых и самоотверженных братьях идущих в бой с посохами в руках, причем именно слепой брат безумно

красив и обладает неземным, волшебным голосом. Именно он является бардом, и именно он сын богини Геаты.

Честно говоря, народная фантазия поразила нас до глубины души. Но людям нравилось, а мы пришли к выводу, что

маскироваться надо лучше, а обращать на себя внимание нужно как можно меньше.

Опять дорога.

Не торопясь, добрались почти до гор. Немного заработали. Пообщались с людьми. Еще день самостоятельного

пути и мы у их подножия. При помощи портала явились в Обитель. Ползать по горам поздней осенью занятие не из

приятных. Всего мгновение и вот уже вместо величественных и суровых гор перед нами предстает не менее

суровый и величественный лик нашего главы.

А затем, затем всего через несколько минут мы получили благодарность от главы Обители за результативный

поиск наследника, за доставленный свиток, запечатанный эльфийской магией и нагоняй за длительное молчание, а

также поразили мастера отказом в написании отчета о проделанной работе и месте нахождения пропавшего

наследника. Невозмутимый и до сих пор не узнанный наследник лично сообщил негодующему Леморту, что

принятая нами клятва запрещает нам и то, и другое.

Разгневанный нашим самоуправством мастер, не стесняясь в выражениях, раскрыл нам всю нашу родословную до

десятого колена и отправил нас, «уставших от трудов праведных», отдыхать. А письмо-то мы доставили

103

интересное.