Не покидай меня

Так и не придя в себя, бульон он все-таки выпил, чем очень

порадовал и успокоил сестричек, которые устав от волнений и большого сил решили, что еще немного сна им не

помешает и, удивляя друг друга, улеглись отдыхать по обеим сторонам от Мела, пристраиваясь к нему с боков.

Прежде чем уснуть, Ника прошептала:

— А знаешь, меня совсем не пугают его шрамы.

— И то, что он такой огромный…, - послышался с другого бока голос Лики.

— У него красивое тело. Сильное и безумно привлекательное.

— Да. Хочется потрогать и погладить.

— А еще…

— Бабочки…

62

— Да, порхают где-то внутри и все дрожит.

— Мы всегда чувствуем друг друга, — хихикнула Лика.

— А прорицатель говорил маме, что наши души связаны и у нас все должно быть на двоих, иначе мы угаснем. Я

как-то подслушала.

— Так вот почему мне никогда ничего для тебя не жалко? А если мы врозь, то мне хочется выть от тоски.

— Да, а вот теперь и бабочки на двоих…

— Он наш.

— Навсегда, — уверенно поддержала сестру Ника.

— Пара!

— Да…

— Но он старается не смотреть нам в глаза. Ты заметила? — дрогнул голос одной из девушек.

— Да. Пусть не смотрит. Это ничего не изменит.

— Не отдадим!

— Не отпустим.

— Придется ждать совершеннолетия…

— Мы драконы. Подождем!

— У нас все получится.

— А сейчас Спим! — закончили они свои мечтания хором.

Стараясь не тревожить раны дракона, сестрички заснули. Через несколько минут только легкое еле слышное

дыхание тревожило тишину в полумраке небольшой спальни с огромной кроватью, на которой спал крупный

мужчина укрытый меховым одеялом и прильнувшие к нему с обеих сторон молоденькие девушки, улыбающиеся во

сне.

***

Мел проснулся от тянущей боли по всему телу. Конечно, болело не так сильно как тогда, когда он разбился первый

раз, но все-таки достаточно сильно. В те дни его лихорадило целых десять дней, раны заживали и того дольше.

Источник воды он тогда нашел не сразу, да и травмированные участки промыть толком не смог. Регенерация не

помогала, только добавляла боли. В этот раз он прекрасно чувствовал, что жар отступил от его тела и все заживает

хорошо, но как же болят и старые раны, и новые.

Не торопясь открывать глаза, он прислушался к тому, что его окружает и понял, почувствовал, что лежит

совершенно раздетый, укрытый своим любимым одеялом, на своей кровати. Прижавшись к его бокам поверх

одеяла, спали, тихо посапывая во сне, две малолетние красотки.

«Да, выбраться из кровати незаметно не получится», — подумал Мел.

Мало того, что они прижались к нему, как к родному, так еще обе, несмотря не крепкий сон, крепко держатся за его

руки. А встать очень нужно. Придется будить. Придя к такому выводу, он все-таки попытался потихоньку

освободиться, но ничего не получилось.