Похорони Меня Ложью

Странно, как она заставляет меня чувствовать. С одной стороны, я хочу защитить ее. Хочу защитить ее от боли, с которой она, без сомнения, живет каждый день. Но другая часть меня хочет причинить ей боль за то, что она сделала. То, как она безрассудно пробралась в мою жизнь.

Ничего хорошего из этого не выйдет. Все закончится катастрофой, и я не сдамся без боя. Я не причастен к убийству ее сестры и, блядь, не позволю ее мести разрушить все, ради чего я так упорно трудился.

С тех пор как полторы недели назад вышла ее статья, я сделал заявления от своего имени. Остальные парни сами по себе. Особенно Винсент. Он был занозой в заднице. Его родители не видели его, Дэн не может найти его, и он вне связи с остальными ребятами. По крайней мере, так говорят.

Между ним и Заком происходит нечто большее. Он был ошеломлен новостью, что Зак тайком пробирался в психиатрическую больницу, притворяясь им. Я думал, что Винсент встретится с ним или, по крайней мере, надерет задницу, но он сделал прямо противоположное. Зак понятия не имеет, что я в курсе о его визитах или о том, что Винсент тоже, и я планирую продолжать в том же духе.

Чем больше я думаю об этом, тем больше понимаю, что они, вероятно, работают сообща. Это еще один вопрос, который я должен решить. Я уже высказал Дэну свои опасения по поводу Маккензи. Мне нужно постоянно следить за ней, потому что я не знаю, на что они пойдут, чтобы причинить ей боль. Как бы я ни был расстроен, я не хочу, чтобы она пострадала. Хотя мне и не следовало бы этого делать, я слишком забочусь о Маккензи, чтобы позволить этому случиться.

— К вам пришли, мистер Кингстон, — говорит моя новая помощница, заглядывая в мой кабинет.

— Говорит, что она старая подруга. У нее не назначена встреча, и мне очень жаль, но я также не знаю, как она сюда попала.

Я откидываюсь на спинку кресла и киваю.

Как только гость входит в мой кабинет, происходит нечто странное. Словно она кислородный вакуум, весь воздух извлекается из легких. Мое сердце колотится, и член, черт бы его побрал, шевелится при виде Маккензи. Я не видел ее со времени моего визита в психиатрическую больницу, и она была в ужасном состоянии по разным причинам. Ее волосы были похожи на плохой парик, наполовину светлые, наполовину черные. Половина ее тела была в гипсе, черт, но сейчас? Это совершенно другая девушка. У меня захватывает дух, и я не хочу в этом признаваться, но мне кажется, что так она выглядит красивее.

Знание того, что это она, без каких-либо ошибок в ее внешности, делает со мной странные вещи. В животе образовалась глубокая яма, а грудь наполнилась теплом, расширяясь с каждым вдохом, прежде чем распространиться по венам.