Похорони Меня Ложью

Мэдисон попросила меня защитить ее сестру в ночь смерти, и когда я смотрю на скорлупу девушки, лежащей в постели, я понимаю, насколько сильно я потерпел неудачу.

Когда Маккензи снова начинает шевелиться, я стискиваю зубы и поворачиваюсь прочь от ее палаты. Есть время и место для воссоединения, но прямо сейчас, вот так? Нет. Она будет чувствовать себя как в клетке, если узнает, что я наблюдал за ней, видел ее в один из самых тяжелых моментов.

— Как бывший молодой человек, я могу представить, что видеть ее в таком состоянии это шок, — говорит доктор Астер, следуя за мной по коридору, прочь от палаты Маккензи.

— Как вы догадались?

— Назовите это моей докторской интуицией.

— Она больше не моя проблема.

Слова, как кислота на языке, выворачивают желудок.

— Вы не это имеете в виду. Хотите знать, откуда я это знаю?

Ее губы кривятся в усмешке.

— Из-за того, как вы на нее смотрели. — сделав шаг ко мне, она, кажется, пытается взять себя в руки. — Послушайте, я понимаю. Вам нужно было приехать сюда и самому посмотреть, как она. Но я бы посоветовала вам отпустить ее. Живите своей жизнью. Вы и все ваши друзья.

Я ухожу, намереваясь сделать именно это. Но в том-то дело, что намерения, которым вы не посвящаете себя, вам не свойственны. Они никогда не сбываются.

— Она в замешательстве и, ну, ужасно параноидальна, — отвечает доктор Астер.

Я выдыхаю, отодвигая стакан с виски.

— Вам не обязательно постоянно звонить, чтобы узнать, как она. Если я правильно помню, вы говорили, что она больше не ваша проблема.

Я сжимаю губы, борясь с желанием выругаться на нее. Она не ошиблась. Я действительно говорил такие вещи, но не имел их в виду. И она, очевидно, это знает.

— Послушайте, она больше не может причинить вам вреда. Я уже говорила об этом вашему другу. Вы оба не должны продолжать это делать.

Все с визгом останавливается. Я бросаю взгляд на Маркуса, который сидит на диване, сдвинув брови и наблюдая за мной.

— Что вы только что сказали?

— Что вам не стоит беспокоиться...

— Кто еще приходил к ней, кроме меня? Вы сказали, что у нее не было посетителей.

От резкости в моем тоне Маркус резко выпрямляется, смущение искажает его черты.

— Я этого не говорила. Я сказала, что ее родители еще не навещали ее.

— Отвечайте на мой гребаный вопрос! — я бью ладонью по столу, мой гнев взрывается.

— Мистер Хоторн. Он не приходит. Он просто расписывается, стоит возле ее палаты и наблюдает, как вы, а потом уходит. Думаю, он просто хочет увидеть своими глазами, что она действительно здесь. И не рядом с ним. Как и большинство жертв, это дает им душевное спокойствие.

— Вы уверены, что это Винсент Хоторн?

— Вычеркните его из списка. Не подпускайте его к ней. Вы меня поняли? Я лишу вас финансирования. Я погублю вас. Никому не следует позволять навещать ее, кроме семьи.