Похорони Меня Ложью

Вот в чем проблема с Базом. Я никогда не могу сказать, что на самом деле происходит у него в голове. Его невозможно прочесть. С его сердцем, похороненным в тайнах, я уверена, что никогда не смогу по-настоящему завладеть им целиком. Он отдаст мне частички себя, и я просто должна смириться с этим.

Самое печальное? Я. Я отрежу от него кусочки, если это будет означать, что я могу его заполучить.

Я все еще злюсь на него, не зная, что это значит для нас, и не могу отрицать, что часть меня все еще не доверяет ему. Я хочу, чтобы он поделился со мной всем, но интересно, считает ли он, что я слишком неуравновешенна, чтобы сделать это. И, возможно, так оно и есть.

Мое настроение только ухудшается, когда я сталкиваюсь с Мией после купания. Почувствовав себя особенно одинокой, я подумала, что купание поможет мне гораздо меньше тосковать по Базу. Это жалкая попытка, и я знала это.

Я резко останавливаюсь, когда вижу, как Мия выходит из спальни База. Мои брови низко опускаются, подозрение густеет в венах. Я ей не доверяю. Баз сказал, что уволил ее, и я не могу не чувствовать, что у нее имеются скрытые мотивы. Не знаю, то ли это потому, что она явно влюблена в База, то ли из-за чего-то большего.

— Что ты здесь делаешь?

С ее руками, полными сумок и папок, я хмурюсь еще сильнее.

— Себастьян попросил, чтобы я захватила свою одежду, которую забыла здесь, для быстрой поездки.

Мое сердце сжимается, неуверенность заставляет мой желудок скручиваться.

Она замечает замешательство, написанное на моем лице.

— Да, мы вылетаем сегодня вечером.

Моя челюсть сжимается, и приходится приложить все усилия, чтобы сдержать гнев и ярость. Я вдруг чувствую, что краска сошла с лица. Предательство проходит через систему. Он даже не потянулся ко мне после той ночи, но у него есть время для нее?

— Он тебя уволил, — цежу я сквозь зубы.

Ее губы сжимаются при напоминании.

— Не благодаря тебе, я уверена. И это не рабочая поездка.

Мой желудок сжимается от картины, которую она явно рисует для меня. Я знаю, что мы не пара, но после ночи мне показалось, что что-то изменилось. Наверное, я ошиблась. Не знаю, чему я удивляюсь. Я знала, что не могу ему доверять. Это только доказывает.

— Ох, ничего себе, — выдыхает она, и в ее глазах мелькает злобный огонек. — Ты не знала?

Она притворяется обеспокоенной. Очевидно, я выдаю на своем лице гораздо больше, чем намеревалась. Однако я вижу ее насквозь. В ее глазах мелькает ликование. Ей это нравится. Мысль о том, что Баз держит меня в неведении.

Почему я вдруг чувствую себя наложницей в этих отношениях?

Я прочищаю горло, заправляя влажные волосы за уши.

Эти слова, как кислота на моем языке, признают поражение. Ее верхняя часть губы кривится от удовольствия.