Похорони Меня Ложью

Она смотрит на меня, когда задает вопрос, и наши взгляды встречаются. Все, о чем она хочет спросить, написано у нее на лице. Все, что она хочет сказать, написано в ее глазах.

— Не особенно, нет. Моника и Майкл... любопытные люди. Совсем не такие, как я ожидал.

— А чего ты ожидал? — спрашивает она с искренним любопытством.

— Все и ничего, — отвечаю я, сохраняя неопределенность.

Она грустно улыбается.

— Мне кажется, я могу читать между строк. Они избавились от всего, что напоминает им обо мне, не так ли?

Столько эмоций отражается в ее глазах. Она знает правду, и мне даже не нужно давать ей ответ.

— Я не обратил на это особого внимания. Я был там только ради одного. Меня не очень интересовали детали.

— Верно. И ты говоришь, что я здесь единственная лгунья?

Я глубоко вдыхаю, наклоняясь вперед, заполняя ее личное пространство.

— Что ты хочешь, чтобы я сказал, Маккензи? Что они вычеркнули тебя из своей жизни? Что они восхваляют жизнь твоей сестры, а не дочери, которая у них все еще жива?

Словно вспомнив, что мы на публике, она кивает, сдерживая эмоции.

— Мы закончили с этим местом? Мне нужно собрать вещи.

Я вздыхаю и неохотно киваю, потому что мне больше нечего сказать.

Маккензи гораздо более сломлена внутри, чем когда-либо показывала, и после моего визита к ее родителям я начинаю понимать, почему. Я постепенно все больше понимаю ее и планирую снять с нее все эти слои, пока она не обнажится.

Я чувствую, как неодобрительный взгляд Кэт сверлит мою спину, когда я заканчиваю собирать вещи. Она молча смотрит на меня с тех пор, как я вернулась домой после ужина. Глубоко вздохнув, я поворачиваюсь к ней лицом, уже чувствуя тяжесть своих решений.

— Я думаю, что это огромная ошибка.

Я никогда не слышала, чтобы ее голос звучал более уверенно, и это пугает меня.

— Я знаю, но у меня действительно нет другого выбора.

— Выбор есть всегда, Маккензи. И я боюсь за тебя. Мы не можем ему доверять.

— Знаю. Но он тоже не может мне доверять.

— И что это должно означать?

— Держи своих врагов ближе. Вот почему я это делаю. Он получает мое тело, а я получаю все остальное. Я провела черту и знаю, где мои пределы, и он тоже.

— Я не дура. И ты тоже. Я знаю, что ты любишь его. Это катастрофа в процессе становления.

— Я понимаю. Но теперь пути назад нет.

Она откидывает голову назад, глядя на потолок в поисках силы, но затем кивает, смирившись. Кэт раскрывает объятия, и инстинктивно погружаюсь в нее, сжимая ее, как спасательный круг.

— Я всего в двух шагах, если понадоблюсь.

— Я люблю тебя, — выдыхаю я в ее объятия.

Закончив собирать вещи, я еще раз прощаюсь с Кэт и Верой, прежде чем сесть в черную машину, которую прислал за мной Баз. Мы заказали его частный самолет обратно в Лос-Анджелес, и я боюсь. Боюсь, Кэт права — что это ошибка.