Освободительный поход

При этом, основные запасы группы армий находятся в Минске, в котором очень мало войск, зато есть враждебное население. О и это не самая большая беда, если учесть, что сюда с севера движутся большевистские панцеры. И нет никакой возможности ни вывезти эти запасы ближе к войскам, ни оттянуть войска к Минску. Они просто не успеют отступить, двигаясь в порядке, потому что в таком случае большевистские панцеры окажутся в Минске быстрее немецких солдат и они не могут двигаться быстрее, бросая свое тяжелое вооружение и все имеющиеся запасы, потому что этот путь превратит дисциплинированные части в неуправляемую банду. В крайнем случае, если часть сохраниться как боевая единица, во время экстренного марша ей придется бросить значительную часть транспорта и тяжелого вооружения и когда она уставшая придет в Минск с тем, что можно было увезти на санях и унести на руках, то не сможет противостоять прекрасно вооруженному и оснащенному противнику.

После того как мехкорпуса ОСНАЗ захлопнули мышеловку и советские войска, наступая со всех сторон, принялись теснить немецких захватчиков, территория, занятая войсками группы армий «Центр», стала сжиматься подобно шагреневой коже. Все это случилось настолько стремительно и внезапно, что в Белоруссии вообще и в Минске частности отрезанными от всякой возможности спасения оказались несколько тысяч отборных негодяев, руки которых были по локоть измазаны в крови мирного советского населения. В первую очередь, это были руководители оккупационного репрессивного аппарата, а также исполнители их преступных приказов – для них попадание в руки советских властей означало верную смерть.

Кроме всего прочего, с внедрением Гитлером в оборот истинно арийского божества эти нелюди искренне уверовали в этот человеконенавистнический культ и стали вернейшими адептами повелителя зла. Возглавляли список командир полиции безопасности и СД в Белоруссии, командир айнзатцкоманды-2 оберштурмбаннфюрер СС Эдуард Штраух, а также его подчиненный, начальник всего белорусского гестапо, оберштурмфюрер СС Георг Хойзер, по совместительству отвечавший за функционирования минского лагеря смерти «Малый Тростенец». Именно с этими двумя особо жаждали познакомиться сотрудники управления «С» НКВД СССР, в просторечии называемого «инквизицией», а также члены Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков.

Но смешно было бы говорить, что эти двое нацистских преступников в одиночку могли уничтожить несколько сотен тысяч населения Белоруссии, в том числе почти всех евреев, оставшихся на оккупированной территории.