Похищенная драконом (СИ)

Дойти до дома было сложно, казалось, я держусь на чистом упрямстве. Крис в демонической ипостаси был выше меня в два раза и весил раза в четыре больше. Если бы он сам не прилагал титанических усилий, я бы точно его не дотащила. Дойдя до кровати, я помогла ему лечь и села рядом.

Демон лежал весь в грязи и крови, и я подумала, что было бы неплохо его протереть.

— Я схожу за тряпкой и водой, нужно хоть немного привести тебя в порядок.

Я обращалась в пустоту. Крис уже не слышал.

Стоило мне попытаться встать, как Крис схватил мою руку.

— Не уходи, — прошептал он. — Пожалуйста.

Глаза предательски защипало, но я себя сдержала. Передо мной лежало самое страшное существо, что доводилось мне повидать, но я его не видела. Я видела Криса, раздавленного и беспомощного. Погладив демона по голове, заметила, что даже череп был покрыт шрамами. Он вздохнул и отпустил мою руку.

— Нужно принести воду и тряпку, — снова обратилась в пустоту, чувствуя, как меня переполняет боль, — я быстро.

Она все-таки ушла. Это было ожидаемо. Неожиданным было то, что она защитила меня от деревенских жителей.

Помню, как Элла отреагировала, в первый раз увидев меня в обличие демона. На ее лице было столько эмоций: отвращение, злость и обида. Она и вправду обиделась. После того случая сказала, что ей противно спать со мной, зная какой я уродливый на самом деле. Обвинила меня в обмане. Демоница после этого действительно не общалась со мной долгое время. Потом «простила» меня, но сказала, что мы никогда не будем обсуждать мой настоящий облик. На тот момент она мне самому была противна. Меня держал с ней лишь союз наших родителей. Принцесса же не ушла.

Сегодня был отвратительный день. Начало уже было сумасшедшим — все эти женщины, кружившие вокруг меня толпами. Они же кидали в меня впоследствии камни и с отвращением называли уродливым чудовищем.

Меня коснулось что-то теплое и мокрое, я попытался схватить это. В итоге я схватил руку, очень нежная кожа с длинными пальцами. Лу вернулась. Она не бросила меня. Я практически не мог слышать, но улавливал интонацию. Она что-то бормотала. Отпустив ее руку, позволил ей меня протереть. Она аккуратно обводила каждый шрам на моем теле.

— Как тебе не противно трогать меня? — вопрос сорвался сам, я даже не собирался его произносить.

Она снова что-то забормотала, но судя по тону, она сердилась. Пускай делает, что хочет, главное, чтобы не уходила. Меня разрывало между двумя желаниями: первым было желание ее прогнать — меня злила собственная беспомощность, злило, что я был уродом и ее, наверняка, от меня воротит, хотел закричать на нее, чтобы проваливала, но не смог; второе желание было сильнее — я не хотел быть один, в полной темноте и тишине, без возможности встать с кровати. Поэтому я терпел.