Похищенная драконом (СИ)

Избранные Феникса становились наследниками, вне зависимости от первенства рождения. Феникс не перерождался в каждом поколении, он мог не появляться много сотен лет, пока не родится достойный. Мой феникс проснулся, когда мне было восемь, и тогда с моей спокойной жизнью было покончено.

Король и королева собрали совет, на котором мудрейшие умы королевства решали судьбу маленькой девочки, первой девочки за многие сотни лет, в чьих жилах текла кровь феникса. Именно то решение, которое примут мудрейшие, станет для меня главным решением в моей жизни.

До восьми лет я жила как обычная принцесса, меня учили вышивать, правильно держать осанку, искусству — всему, что должна уметь будущая жена правителя.

Но с возрастом я стала понимать, что могу, и сама управлять нашими землями. Ведь теперь меня обучали не только вышивке, музыке, но и боевым искусствам: умение владеть любым видом оружия от кинжала до лука, умение вести рукопашный бой. Да, я уступала по силе мужчинам, но ловкость и маневренность всегда приводили меня к победе над оппонентами. Вот только родители всего этого не замечали и на каждый праздник пытались вручить меня очередному принцу.

Первым поцеловать мою руку и посмотреть взглядом, от которого мое сердце должно было выпрыгнуть наружу, пришел принц Рагнар. Истинный принц темных эльфов, боевой маг воздуха. Черные волосы, черные глаза, идеальная светлая кожа. Я выдавила из себя улыбку и поприветствовала его гильдию. Выдавила, не потому, что он мне не нравился, очень даже нравился: он был очень красивым, мужественным и отличным стратегом. Выдавила потому, что он был заядлым ловеласом и, как бы он меня ни привлекал, в разговоре с ним было ужасно тяжело найти хоть какую-то общую тему, кроме той, в которой он говорил, как я прекрасно танцую, сижу, выгляжу, говорю, ну и далее по списку.

— Вы прекрасно выглядите, — сказал он, обаятельно улыбнувшись. Внутренне я скривилась, но взгляд отца заставил ответить улыбкой на грубую лесть.

Второй пришла гильдия светлых эльфов во главе с моим самым лучшим и единственным другом — принцем светлых эльфов Алексом. Многие девушки сходили с ума от его легких светлых кудрей и глаз цвета неба, я же видела в нем только друга и практически брата. Так оно и было до четырнадцати лет, пока советом не было принято решение рассказать, что принцесса унаследовала редкий дар. В четырнадцать Алекс признался, что любит меня и с тех пор, не бросал цели завоевать мое сердце. С Алексом можно было говорить обо всем на свете, но при мысли о поцелуе с ним, не было ни бабочек в животе, ни мурашек.

Алекс спешно поцеловал мою руку и ушел к отцу, они что-то быстро обсудили, улыбнулись друг другу и разошлись.

Мать принимала множество поздравлений, я отклоняла множество приглашений танцевать.