Покер с акулой

– У вашего сына неприятная вещь, – грозно нахмурилась терапевт и произнесла длинное, малопонятное слово.

– Ага, – растерялась Раиса, – он че, помрет?

– Нет, – со вздохом сказала врач, – но станет инвалидом, передвигаться сможет лишь на костылях, ну в лучшем случае с палкой!

– Не, – замотала головой Рая, – пусть дома лежит, коли так. Вы же его небось в райцентр свезете.

– В Москву, – ответила терапевт, думая, что обрадует мать.

Но та расстроилась:

– Во, в столицу, туда не наездишься, один билет сколько стоит, не, пускай уж тут гниет, все равно не помощник растет.

Докторица сначала растерялась, но потом вызвала машину и, пригрозив милицией, отправила Витю в клинику.

Не было бы счастья, да несчастье помогло. Виктору сказочно повезло. В палате вместе с ним лежало еще четверо мальчишек, дети отлично обеспеченных родителей. Чего только не таскали им любящие папы и мамы. На столике громоздились интересные книжки, в углу работал телевизор.

Каждый день в палату приходили санитары и развозили ребят по классам. Писали полусидя в кроватях, на специальных досочках, и неожиданно Вите понравилось учиться.

В клинике он провел два года. Мать приехала всего один раз, привезя в качестве подарка наволочку, набитую яблоками-падалицей.

– Ты их съешь быстренько, – наставляла родительница, – а то погниют.

На следующий день к Витюшиной кровати подошел сам главврач, картинно-красивый, седовласый Михаил Николаевич, и завел длинный разговор о мужестве, тяжелых испытаниях и настоящем мужском характере.

Из долгих речей Витя понял одно – мать от него отказалась, и ему предстоит после излечения отправляться в детдом. Присмиревшие соседи по палате тут же растрепали новость родителям, и на Виктора обрушился шквал подарков. Но самый дорогой сделал ему главврач, поговорил кое с кем в Министерстве просвещения, и паренька отправили не в приют по месту прописки родителей, а в экспериментальный детский дом, где директорствовала Ольга Петровна Куликова.

Из больницы его провожал весь медперсонал, сам Михаил Николаевич доставил парнишку на новое местожительство в машине. Только не подумайте, что паренек не мог двигаться. Очевидно, болезнь захватили в самом начале, потому что Витюша ловко ходил, а через год стал бегать и прыгать. Палку и костыли он никогда не брал в руки.

В детдоме ему дали отличную профессию парикмахера, а как стукнуло шестнадцать, прописали в комнате на Симоновом Валу и устроили на работу в салон «Русалка». И тут выяснилось, что у Вити золотые руки, необыкновенный талант. Из нескольких тоненьких волос он сооружал пышную прическу, его стрижки поражали четкостью линий и необычностью.