Пока светит солнце

Несколько месяцев мы с ними поколупаемся…

– Так долго?!

– Ну… всякое бывает…

– А я вот думаю, – воодушевился вихрастый, – что гораздо раньше мы всё это завершим!

– Это почему же так? – покосился на говоруна лейтенант Матвейко, тащивший мимо связку скоб.

– Так немцы – это ж наши братья!

– В смысле? – аж опешил капитан. – Что за братья? Кому это?

– Ну… они же все – пролетариат! И крестьяне! Угнетенный класс! Вот увидите, сила фашистской пропаганды уже очень скоро ослабеет! И рядовые немцы поймут, что стреляют не в ту сторону…

– Да? – хмыкнул лейтенант. – Что-то я у них такого понимания пока не заметил… До сих пор, они в нашу сторону стреляли. И очень метко, между нами-то говоря…

Подхватив с земли скобы, он направился дальше. Вихрастый ничуть не смутился.

– Так это всё – временно! Им же разъяснить надо! Они ещё не видели, как живут наши товарищи – такие же рабочие и крестьяне…

– Вот мы и разъясняем, – похлопал по прикладу автомата Алексей. – Доходит понемногу…"

"– Это неправильно! Вы стреляете в них – а они стреляют в ответ! Так выхода не найти! А поговорить – вы не пробовали?

– Нет, – теряя интерес к разговору, произнес капитан. – Во время боя, молодой человек, как-то вот не до разговоров бывает.

– А зря! Уверен, они бы вас поняли! Вспомните – ведь германский пролетариат всегда был носителем передового учения!

– Вот сами с ними и беседуйте, коли охота есть… А у нас – другая задача имеется!

Он неприязненно покосился на собеседника.

– А вы-то, милейший, отчего не в армии, позвольте вас спросить?

– Увы, – сразу погрустнел вихрастый, – белобилетник я… Правая нога у меня короче левой, далеко ходить не могу. В детстве ещё сломал, вот и срослась она неправильно… Здесь-то шкандыбаю ещё кое-как, а вот до соседней деревни дойти – уже трудновато. Вот и сижу…

– Ну, глаза и уши-то у вас есть? Народ мимо ходит? Вот с ними и поговорите – порасскажут вам кой-чего про ваших немцев…

– Нет здесь никого – на отшибе мы. Самолеты всякие – эти летают, так с ними как поговоришь? Да и дорога здесь – одно название, по ней и не ездит-то никто. За неделю – вы вторые будете.

– А этот грузовик, что внизу лежит, – он откуда здесь взялся?

– Вчерась ночью ехал, да шофер в темноте-то и не разглядел. Вот и сверзился. Двое их, с пассажиром, было, сейчас у Семеныча отлёживаются.

Окликнув старшину, капитан поведал ему о пассажирах аварийной машины. Хромлюк, молча кивнув, тотчас же отрядил за ними двух бойцов.

Ремонт моста уже подходил к концу, когда посланный в деревню наряд, привел двух человек. Водителя машины, щеголявшего перевязанной кое-как головой и пассажира, баюкавшего на перевязи сломанную руку.

– Здравствуйте, товарищи. Капитан Ракутин, – представился им Алексей.