Пока медведица на небе

– Я рад, – уже более сдержанно сказал Карл, убедившись, что сосед успокоился, – но давайте вы не будете меня так называть?

– Почему? Это ведь уменьшительно-ласкательное, производное от вашего имени, – спросил Федя.

– Зачем вам меня ласкать? Мне это совсем не нравится, – сопротивлялся пьяной любви Карл.

– Но мне хочется называть вас как-то по-особенному, ведь мы друзья, – немного надувшись, сказал Федя. – Странно, но у меня никогда не было друзей, ума не могу приложить, почему.

– Серьезно, действительно странно, может, вы часто плачете? – то ли шутя, то ли на полном серьезе спросил Карл.

– Вот честное слово, нет, – не уловив иронии, продолжил Федор. – Я в детстве всегда наблюдал за теми счастливчиками, у кого есть друзья, и завидовал им. Они называли друг друга какими-то именами, понятными только им, типа Винт или Болт, это был их код, их тайна. Когда один из таких друзей подходил к мальчишкам на улице и спрашивал: «Болта не видели?» – все сразу понимали, кого он имеет в виду. Потому что они вместе были сила, а силу все уважают. У нас с вами обязательно должна быть общая тайна.

Испугавшись, что Федор опять расплачется, Карл пошел на уступки.

– Хорошо, называйте меня Карлос, но только вам и только в виде исключения.

– Я же говорил: надо мириться, едрёный комбайнёр, выпьем за дружбу, – предложил Борис, и Федя уже сам, ни капли не сопротивляясь, выпил очередную рюмку.

В дверь купе снова постучали, Галина глазами приказала спрятать стаканчики.

– Войдите, – крикнул Карл, сейчас почему-то он чувствовал себя хозяином данной вечеринки."

"Все с замиранием сердца смотрели на дверь, та медленно, словно гость не был уверен, что хочет войти именно сюда, открылась. На пороге стоял интеллигентный мужчина, очень смахивающий на иностранца. Карл отметил дорогую оправу очков и брендовую рубашку, его волосы красивыми пшеничными кольцами свисали на лицо, в руках у нежданного гостя почему-то была пустая кружка.

– Извините, – с акцентом начал говорить гость, – я искал проводница, вагон пустой, только здесь слышно голос.

– Интурист, – засмеялась Галина, – а я про тебя совсем забыла. Это француз, едет в пятом купе. Надо же, старею, что ли, даже чаю ему не принесла, совсем он у меня не отпечатался в памяти.

– Садитесь с нами, – Борис, как настоящий русский, был очень гостеприимен в чужом купе. – Давайте по чуть-чуть для сна, – предложил он иностранцу и вытащил из-за спины бутылку виски.

Ничего не отвечая, непрошеный гость выскочил из купе, не прощаясь.

– Ну вот, – грустно сказала Галина, – напугал мне интуриста, наверное, жаловаться побежал.

Но она не угадала, уже через минуту тот стоял на пороге купе, счастливо сжимая в руке похожую бутылку.