Как поймать монстра. Круг первый

– Итак, что дальше? – бодро осведомился Кэл, перекатываясь с мысков на пятки, чтобы размять ноги. – Он тебя куда-то конкретно звал?

Доу фыркнул, хлопая себя по карманам в поисках, скорее всего, сигарет и ежась от холода.

– О, может быть, он даже нарисовал карту? Было бы весьма предусмотрительно с его стороны."

"Джемма не стала обращать на него внимания: продолжила вглядываться в черные стены, словно они могли ей подмигнуть. Обычно Джемма доверяла интуиции, и сейчас та говорила: «Иди. Проверь. Ну же» Но еще Джемма доверяла здравому смыслу, хотя некоторые в это и не верили. И здравый смысл перечислял: «Идакансасы, боггарты, ифриты, кампиры, албасты, слогуте, бильвизы…» Доу был прав: маленький Купер, чей вес она до сих пор чувствовала в руках, вряд ли был настоящим. И тем не менее…

– Детка?

Она обернулась. Кэл смотрел на нее, слегка наклонив голову. Его желтая ветровка была неуместно яркой и оптимистичной в этом угрюмом запустении.

– Ты мне доверяешь? – спросила Джемма.

Кэл хмыкнул и снова пошутил:

– Вопросы все тупее и тупее.

Конечно, он ей доверял. Просто иногда ей хотелось это услышать, чтобы прочнее стоять на ногах. Люди думали, что ее раздражающая – ну да, и что с того? – самоуверенность зиждилась на том, что она никогда в себе не сомневалась, или на том, что она считала себя непобедимой. Это было не так. Вот в чем секрет: Джемма просто знала, что у нее есть тот, кто всегда подстрахует.

Джемма вздохнула и повела плечами:

– Ну, тогда нужно идти.

Кэл неуловимо поменял положение бровей, и для нее это было равнозначно разрешающей отмашке.

Достав фонари, они договорились разделиться: Джемма и Кэл – внутрь, остальные ждут на улице. Но для того, чтобы попасть в дом, сначала требовалось найти вход: и, держа ухо востро, они двинулись вдоль западной стены. На улице все еще стоял день, но сумрачный и ненастный, обещающий быстрые темные сумерки, весьма неприятные в таком местечке. Джемма пристально разглядывала стены: черный обгоревший камень, поднимающийся вверх, по центру – две декоративные башни, которые когда-то венчала высокая крыша. Какое-то воспоминание скреблось и царапалось внутри, пока Джемма не сосредоточилась на разросшемся справа кипарисовике: похоже, когда-то здесь шла живая изгородь. «Да, – подумала Джемма, – это я тоже видела. Я здесь была, смотрела… Куда я смотрела?»

…Башня возвышалась над ней, словно столб черного огня, уходящий в небо. Джемме казалось, что она не сможет рассмотреть ее вершину, даже запрокинув голову. Камень был черным, таким черным, словно сделан из самой черноты. А потом оказалось, что это и не камень вовсе: чернота шевелилась, извивалась, была живой. Джемма зачарованно протянула руку, чтобы дотронуться, но…

Джемма вскинула голову.