В поисках любви

Эмма послушалась – и двери неслышно закрылись у нее за спиной. Она очутилась в загадочном, полном экзотики и очарования мире, о существовании которого даже не догадывалась.

Она стояла посреди просторного прохладного помещения с толстыми стенами из песчаника, украшенными драпировками с бисером и вышивкой; кое-где вместо стен были легкие решетки, сквозь которые открывался вид на соседние помещения, внутренние сады, даже улицу. Эмма поняла, что попала в целый лабиринт помещений, устланных разноцветными коврами, заваленных огромными подушками с кистями, уставленных растениями в узорчатых кадках, украшенных гобеленами с геометрическими рисунками, изображениями зверей, листьев, цветов.

Воздух был пропитан ароматом экзотических благовоний и специй. Откуда-то доносилось мелодичное позвякивание. Оно становилось все громче; потом к нему прибавился смех. Еще немного – и из-под арок, из-за решеток, из дверей выскользнули фигуры в покрывалах. Источником позвякивания были усыпанные драгоценными камнями золотые и серебряные браслеты, обручи, серьги и ожерелья; при каждом шаге босой ступни по пушистому ковру раздавалась чарующая музыка.

Эмма стояла как громом пораженная, позволяя дюжине женщин шептаться, хихикать, застенчиво поглядывать на нее из-за краев сари, поднесенных к лицу. Она видела только огромные сверкающие глаза и тонкие руки, унизанные кольцами; у нее шла кругом голова от пестроты красок и одуряющих ароматов."

"Все женщины были очень красивы – черноглазые, черноволосые, с бронзовой кожей и неподражаемой женственной грацией. Их возраст было трудно определить, но некоторые явно были еще детьми. Эмма разрывалась между восхищением и ужасом. Неужели все эти великолепные создания принадлежат Сайяджи Сингху?

Эмма разглядывала их, а они разглядывали ее – волосы, одежду, топи, туфли… Она чувствовала себя слишком высокой, некрасивой, плохо одетой в сравнении с этими красочными, легко порхающими бабочками; как хорошо, что она не понимает, о чем они переговариваются между собой! Некоторые сделали попытку дотронуться до ее одежды и волос, заставив Эмму попятиться.

– Нельзя! Не уверена, что вам можно трогать меня, а мне – вас. Как же нужен кто-нибудь, кто знает по-английски!

Громкие хлопки заставили женщин разом смолкнуть. Стало так тихо, что Эмма услышала шорох шелка, сопровождавший появление нового персонажа. Эта женщина, казалось, плыла в воздухе на алых и золотых крыльях; своими украшениями она затмила всех остальных. Остановившись перед Эммой, незнакомка опустила один угол сари, обратив на нее взгляд, полный достоинства и уверенности.

Иссиня-черные волосы женщины были подернуты сединой, глаза излучали тепло и говорили о самообладании. Она улыбнулась Эмме и кивнула.