Поиграем?

И то, как она закусывает губу, мне тоже нравится, что само по себе удивительно, ибо этот жест, как и взгляд побитой лани меня в женщинах всегда раздражал. Самое интересное, что закусывает губу Женя вовсе не для того, чтобы выглядеть сексуально, она реально в загрузе. Это от задумчивости.

— Как странно, — задумчиво произносит она, проводя пальцами по грудным мышцам. — Так и не скажешь.

— Что? — чуть хрипло произношу я и тут же тянусь к кружке, из которой недавно пила Женя. Отпиваю глоток и теперь понимаю откуда был вкус малины.

— Да так. У вас хорошее тело. Такое крепкое.

— Стараюсь, — усмехнувшись, произношу я и ставлю обратно кружку. — Дальше что будет? — перехватываю Женину руку. — Попросишь меня снять штаны? — шепчу ей на ухо.

— Нет. Всего лишь задам вопрос.

— Ну давай, жги. Поджигай. Зажигай. Чую сейчас будет что-то интересное.

— Как давно вы принимаете гормоны?

— Ммм… не понял?

— Как давно вы принимаете заместительную гормональную терапию?

— А я ее принимаю?

— Ну как-то же вы стали выглядеть как мужчина. А вы делали метоидиопластику?

— Чего?!

— Ну как же, вы не можете не знать, что это. Хирургическая операция, результатом которой является создание неофаллоса и возможность мочеиспускания в положении стоя.

— Слушай, я видимо от голода не догоняю. Где подыграть нужно?

— Зачем подыгрывать? Надо просто сказать правду. Несколько минут назад вы сказали, что моя симпатия к парню — это реакция на его равнодушие. Подсознательное желание понравиться и добиться внимания. Типичная женская хрень.

— У тебя хорошая память. И что?

— Вы делаете так же. Я — объект, который к вам равнодушен. И ваша симпатия ко мне — это всего лишь подсознательное желание мне понравиться и добиться меня. А учитывая, что по вашим словам — это типичная женская хрень, значит вы женщина, которая стала мужчиной. И, опираясь на ваши же слова, это пройдет, если признаетесь в этом самому себе.

— Ебушки-воробушки, — усмехаюсь в голос. — Женя… ну это просто. Ты меня поимела по всем фронтам. Браво, — открыто хлопаю в ладоши.

— Можете одеваться, Алексей Викторович.

— Ну после такого я согласен и без гондона, даже на этой кухне."

"— Женя! — я хоть и не Женя, но на звонкий голос, прозвучавший сзади, все-таки оглянулся. — Мы же договаривались никого сюда не водить! — ясно, соседка. Вашу ж мать, ну какого хрена так невовремя?!

— Ой, это не то, что ты подумала. Это Алексей Викторович. Сосед с первого этажа. Он нам поменял лампочку в коридоре и попросил заодно посмотреть на его уплотнения в груди. Все нормально, Алексей. Можете одеваться.

— Точно могу, Евгения Михайловна? Вы же еще не осмотрели мою метоидиопластику.

— Думаете стоит?

— Однозначно.

— Ну как-нибудь в другой раз. Держите футболку.