Поиграем?

— Что вы сейчас делаете? — я всерьез промямлила такой тупой вопрос?!

— Я почувствовал недомогание, — шепчет мне на ухо, касаясь губами кожи.

— И? — резко распахиваю глаза, когда ощущаю его руку на своей талии.

— И решил все же домогаться тебя сам, чтобы не было этого «недо», — смеясь произносит Зорин. — Шутка. Спи. Иначе реально начну играть нечестно и буду тебя соблазнять, — вкрадчиво прошептал Зорин и тут же отпрянул от меня, вызывая совершенно противоречивые эмоции. — Спокойной ночи.

Смотрю на то, как он выходит из комнаты и в очередной раз становится стыдно за саму себя. Немного придя в себя, закрыла дверь, к сожалению, не на замок, в виду его отсутствия, и юркнула в кровать, накрывшись с головой одеялом. Это просто стресс, все пройдет.

***"

"Жарко. Очень жарко, несмотря на то, что на мне только футболка и трусы. Слишком быстро я позволила стянуть с себя штаны. Глупо. Опрометчиво. Но, как ни странно, хорошо. Чувствую, как губы Зорина скользят по моей шее и мне это нравится. Очень нравится. Неосознанно сама подставляю ему шею, чуть выгибаясь. Омрачает только то, что вскоре мне станет стыдно за свои действия. Как я посмотрю на него утром? Не хочу открывать глаза и встречаться с ним взглядом. Примитивно хочу и дальше ощущать его губы и руки на моем теле. Ведь потом можно сказать, что я ничего не соображала и сослаться на сон.

Как только я думаю о том, что хочу ощутить его губы на своих и попробовать то, чего никогда раньше не делала, я чувствую, как рука Зорина задирает мою футболку, оголяя живот. Шумно сглатываю и тут же чувствую его пальцы на обнаженной коже живота. Он вырисовывает какие-то узоры на моей коже, а после задирает футболку еще выше, обнажая грудь. Неосознанно покрываюсь мурашками, когда ощущаю как пальцы человека, который мне совершенно не нравится, проходятся по моим соскам. Как я могу позволять это делать с собой? Более того, не просто позволяю, мне это еще и нравится.

Я быстро забываю о стыде и морали, когда чувствую, как он начинает гладить меня между ног.

— Течешь как труба в хрущевке.

Как только смысл произнесенных Зориным слов доходит до моего чуть затуманенного рассудка, я резко открываю глаза.

Глава 13

Вглядываюсь в пугающе темное пространство и только спустя несколько секунд до меня доходит, что в комнате кроме меня никого нет. Шумное дыхание принадлежит мне, а не Зорину. Наощупь тянусь к светильнику. Бегло осматриваю комнату, а затем себя. Футболка и штаны на мне…

Только окончательно осознав, что это был всего лишь сон, я начала постепенно приходить в себя. Но стоило вспомнить адресованные мне слова «течешь как труба в хрущевке», как я вновь начинаю ощущать ненормальные удары сердца. Так только он мог сказать. Мерзко. Гадко.