Поиграем, мышка?

— Позвольте пройти, мне нужно поговорить с Геннадием Матвеевичем.

— Ну раз ты так настаиваешь, — хмыкает Рошад. — Пойдем.

И вместо того, чтобы уступить дорогу, он внезапно протягивает мне руку.

— Да я как бы и сама могу, — выдаю растерянно.

— Не сомневаюсь, — на его губах появляется обольстительная улыбка. — Но я хочу кое-то показать тебе. Очень интересное. Тебе понравится.

Блин. Ну почему при взгляде на этого мужчину, я только и могу думать, что о всяких пошлостях? Почему невольно представляю, что бы он мне такого... интересного показать мог? И такие картинки перед мысленным взглядом мелькают, м-м-м...

Так, стоп! Я тут на работе. На расстоянии нескольких метров от возможного перехода между мирами. В шаге от величайшего научного открытия. А у меня только глупости в голове. Все. Сегодня же закажу себе игрушку в секс-шопе. А послезавтра у меня выходной, и, может, имеет смысл сходить куда-нибудь развеяться? Подцепить кого-нибудь?..

— Так ты идешь? — вскидывает брови Рошад, даже не думая опускать руку. Вот только взгляд его странным образом тяжелеет. — Или боишься меня?

Вот еще! Так я и призналась.

— Опять на слабо берете? — фыркаю саркастично.

— Опять не работает? — склоняет он голову набок, с лукавыми смешинками в глазах.

— На этот раз, пожалуй, немного работает, — признаю, вкладывая свою ладонь в его. Терпеть не могу бояться. Да и хочется, мне его коснуться. Может у меня шизофрения?

Соприкосновение наших рук на миг оглушает и ослепляет А я уже успела убедить себя, что в прошлый раз мне показалось.

Да что ж такое? Это даже не похоже на электрический разряд. Скорее на вливание жара внутривенно. Даже дыхание перехватывает и во рту пересыхает. И хочется не пить... Совсем другого хочется.

А потом Рошад тянет меня за собой

Не знаю, что я ожидала увидеть. Поляна и на второй взгляд оказывается довольно обычной. Ни тебе выжженных проплешин. Ни каких-либо странных следов. Ничего сверхъестественного. Кроме предельно-повышенных показателей напряжения электростатического поля, пониженной температуры и искажений некоторых других физических параметров.

И моих ощущений.

Мы обходим склонившегося над походным раскладным столом профессора, который на меня даже внимания не обращает, будучи полностью поглощенным какими-то расчетами на своем лэптопе, и оказываемся в центре поляны. Ладно, потом с Геннадием Матвеевичем поговорю.

— Скажи, а ты хотела бы побывать в другом мире? — интересуется Рошад, останавливаясь. Поворачивается ко мне, не отпуская руку. И получается, будто притягивает к себе.

— Не знаю. Не задумывалась над этим, — пожимаю плечами. — Никогда не воспринимала теории их существования настолько... вероятными, чтобы строить на основе этих теорий свои желания.