Похищенная невеста для Его Наглейшества

Когда кортеж приблизился к дворцу, мое сердце ухнуло куда-то вниз, и следующие несколько минут я словно наблюдала себя со стороны. Для нас открыли дверь кареты. Первым выбрался Эйден и затем подал руку мне. Когда я вышла, то увидела выстроившихся в живой коридор солдат. Эйден положил мою руку на свой локоть и выкрикнул слово на незнакомом языке.

— Эхиль!"

"Я интуитивно поняла, что это некий боевой клич. Тотчас солдаты взметнули вверх мечи, под которыми мы и прошли. За ними нас ожидали придворные, представители знати, влиятельные маги. Все до единого склонили головы в знак приветствия и почтения. Я держала спину прямо, а голову высоко. Если бы не Эйден, наверное, с ум сошла бы от страха и волнения.

Мы поднялись по ступеням дворца и вошли в главные двери.

— Ваше Величество… — слышалось отовсюду, и обращались не только к Эйдену, а к нам двоим.

Наконец, впереди замаячил трон. Высокий, позолоченный, величественный. Когда я увидела его в первый раз, то была чужестранкой с огромными проблемами. Могла ли я представить в тот день, что однажды войду сюда правительницей? Нет…

Мы подошли к трону, и только теперь я поняла, что нас двое, а стульчик один, и он явно не предназначен для женщины. Но, к счастью, Эйден не стал на него садиться, а ограничился эффектным разворотом к подданным.

— Мой отец умер, — первая его фраза, и в зале воцарилась мертвая тишина. — Мир его праху. Он был великим драконом, и мы никогда его не забудем, — Эйден выдержал тяжелую паузу. — Я буду достойным сыном своего отца. Я продолжу его дело, и Империя станет еще богаче и сильнее. В этом мне поможет моя драгоценная супруга Жизель, — произнес он, и взгляды тысяч людей сосредоточились на мне одной. Я физически ощутила, как каждый участок моего тела находится под пристальным наблюдением. Мне оставалось лишь стоять с невозмутимым видом, слегка улыбаясь. — Она родилась принцессой, но с этого дня будет носить титул императрицы, — произнес Эйден и сжал мою руку сильнее. — Я объявляю траур в связи с кончиной моего отца. По прошествии сорока дней состоится торжественная коронация, в Империи будет объявлен праздник. Наше государство продолжит борьбу с черной магией. Мы вычислим всех чернокнижников, включая тех, кто проник в мой дворец, — его голос зазвучал ниже, и придворные начали едва слышно шептаться. — Можете не сомневаться в этом, — припечатал он, обведя толпу пристальным взглядом. Даже мне стало не по себе. Повисла тишина, которую нарушил радостный возглас:

— Да здравствуйте император!

— Да здравствует императрица!

Толпа возликовала, выкрикивая наши имена и пожелания долгой жизни и здоровья нам обоим.

* * *Эпилог

Эпилог

Пять лет спустя

— Это слишком! — настойчиво повторила я, с трудом сдерживая негодования.