Похищенная невеста для Его Наглейшества

— Только не это! — я в ужасе выкатила глаза на герцога.

— Вот, — поучительно погрозил он мне пальцем. — Испугалась?

— Он ведь сказал, что дарит мне кольцо в знак примирения и благодарности, — припомнила я. Неужели Полкан мне солгал? — О Помолвке и речи не шло!

— А цветы? — вскинул брови Эйден. — Тоже в знак примирения? — он хохотнул так, что я сразу почувствовала себя полной дурой.

— Я же не знала, — прошептала я, едва не плача. — Я думала, что… — запнулась, чувствуя, что слезы душат меня. — Я думала, что он, правда, хочет наладить отношения между нами, — я все-таки расплакалась. Позорно, на глазах у герцога я разрыдалась, совсем не как принцесса. — Я не знала, — просипела я сквозь слезы. Когда на мою шею опустила горячая ладонь Драконорожденного, я на миг подумала, что сейчас он толкнет меня, но Эйден удивил. Уверенным, но мягким движением он прижал меня к себе, прислонив мою голову к своей груди. Его руки обвили меня и начали утешающе гладить, а нос зарылся в волосы.

— Все, успокойся, — прошептал он и поцеловал меня в макушку. — Хватит плакать. Ты права, ты ничего не знала… Прости, что накричал. Я не должен был, — признался Эйден, но я была в таком состоянии, что даже не смогла осознать смысл сказанного им. Я рыдала на груди герцога, размазывая сопли по его домашней рубашке, а он гладил меня по спине и плечам, шепча признания и слова утешения. — Прости, — его губы поцеловали мой висок. В этот момент я перестала рыдать, чувствуя, что мы перешагнули какую-то грань. — Прости, — прошептал Эйден, и в следующий миг коснулся поцелуем уже моих губ.

Мне показалось, что это сон. Странный, сумбурный, невероятный сон. Я никогда еще не целовалась, поэтому не знаю, как смогла ответить ему своим первым неуклюжим поцелуем. Все оказалось так легко, и в то же время так глубоко, что у меня подкосились колени.

Я забыла, почему плакала. Все мысли вылетели из головы, в ней остались одни эмоции. Меня подхватил вихрь чувств: страсть, нежность и странное желание прижаться сильнее к этому горячему мужчине. Где-то на окраине сознания мелькнула мысль, что нужно оттолкнуть его, сказать что-то про воспитание и репутацию, но она исчезла также быстро, как и появилась.

А вот герцог не стал скромничать. Он не только тесно прижал меня к себе, но и продолжил гладить меня по спине и плечам. В этих движениях было что-то настолько интимное и ласковое, что у меня окончательно помутился разум. Я почувствовала себя мороженым, которое плавится от жары.

— Эля, — герцог неожиданно разорвал поцелуй и отстранился. — Если мы сейчас не остановимся, то я не уверен, что смогу справиться с собой, — он заговорил хриплым низким шепотом, от которого моя кожа покрылась мурашками.