Погрешность

— Не смей, — Наташа резко подается вперед, — не смей, слышишь?

— Да ладно тебе.

— Хотя какое мне до этого дело. Позвони, как договоришься.

— Позвоню.

— А, у меня в следующем месяце концерт, приглашаю, — протягивает несколько ВИП-билетов, — новая программа.

— Ты разочаруешься, но я и старую не видел, — разводит руками.

— Все, вали, Громов, мне нужно еще к съемкам подготовиться.

— Язва.

Распрощавшись с Азариной, Степан еще около часа катается по ночному Невскому проспекту. Возвращаться в квартиру нет смысла, Светка еще бодрствует. Все чего-то ждет. С ней удобно, с ней действительно очень и очень удобно. Она ничего не требует, делает все так, как он ей говорит, в какой-то степени она идеальна. Идеальна для отношений. Он ее не держит, никогда не держал, но и выгонять повода не было. Она всегда ждет, всегда поддержит, с его работой и графиком это лучший вариант.

Глава 4(1)

— Проснулась? — спрашивает Олеся Георгиевна и ставит на стол вазу с ромашками. — Приведи себя в порядок, у нас будут гости.

Ульяна достает из холодильника минералку, скручивает крышку, делает пару глотков, сама же направленно заглядывает в огромное зеркало прихожей. Крутится вокруг своей оси, отнимает горлышко от губ, пожимает плечами.

— Разве я плохо выгляжу? — в упор смотрит в материнские глаза.

— Отвратительно, ровно так же, как себя ведешь.

— Ну прости нахалку, — ставит бутылку на столешницу, стараясь не провоцировать скандал. Мама заведется с пол-оборота, а успокаивать ее придется всем семейством.

— Она еще и издевается, — летит Никольской вдогонку, пока она взбегает по лестнице на второй этаж.

Олеся Георгиевна вновь причитает о том, насколько бесполезна и неблагодарна ее дочь. Ульяна же поднимается в комнату, решив выбрать платье к предстоящему ужину. Пока внизу кипит жизнь, она перебирает свой гардероб, останавливаясь на простом, достаточно свободном платье выше колена цвета марсалы. Этот оттенок прекрасно подчеркивает глаза, делая их синий более глубоким."

"В семь дом наполняется запахами. Мать вытаскивает из духовки индейку, отец приносит ребрышки из коптильни и ставит на стол пару бутылок с алкоголем. Ульяна подкрашивает ресницы тушью и неторопливо спускается в гостиную. Хотя, может, лучше будет уйти до начала? По крайней мере после мама не обвинит ее в том, что она испортила им вечер.

Винтовая лестница скрывает половину гостиной, и Никольская почти не видит пришедших, но, судя по голосам, ужин уже давно перестал быть семейным, возможно, приехали какие-то коллеги отца.

Сбежав вниз, девушка широко улыбается и задорно спрыгивает на паркет с последней ступеньки.

— Всем доб…

Делает неуклюжий шаг назад. Кровь в момент превращается в чистый байкальский лед. Пальцы впиваются в поручень лестницы.