Пограничники Берии. «Зеленоголовых в плен не брать!»

Петр Чернышов, не имея возможности вести огонь – мешали дружно наступавшие саперы, – подхватил трехлинейку и тоже вымахнул наверх. Следом – пришедший в себя пулеметчик с разорванной щекой. Штыки их винтовок были примкнуты.

Рукопашная схватка была короткой и страшной в своей ожесточенности. Кондратьев с такой силой обрушил приклад на голову унтер-офицера, что приклад разлетелся на куски. Каска не спасла завоевателя. Оглушенный, он на несколько секунд застыл на месте. Лейтенант ударил его металлическим казенником сбоку, сломав лицевые кости. Отбросил согнутую винтовку и, вытянув длинные граблястые руки, схватил бегущего следом солдата за горло.

– В гробину мать… убью сволочь!

Лицо высоченного русского лейтенанта было забрызгано кровью, рот перекошен. Он упал вместе с немцем, оказавшимся довольно крепким, оба покатились по траве. Сапер, спешивший за своим командиром, был убит выстрелом в грудь. Другой боец из взвода Кондратьева не слишком умело попытался достать вражеского солдата штыком. Тот легко, как на учении, отбил удар примкнутым ножевым штыком и пропорол саперу бок.

– Шайзе! Свиньи!

Дерущимся насмерть людям было мало убить друг друга. Они орали, выкрикивали ругательства каждый на своем языке. Немец, а точнее австриец, выбрал следующую цель (добивать раненого русского не было времени), но боковым зрением поймал мгновенный и жуткий блеск отточенного лезвия, нацеленного ему в живот.

Он понял, что ничего не успеет сделать, лишь ахнул, делая попытку довернуть свою винтовку навстречу смертельному жалу. Красноармеец Петр Чернышов за полгода учебы старательно постигал хитрости штыкового боя. Оружием владел, как и большинство пограничников, умело.

Четырехгранное лезвие с шипением вошло в тело австрийца повыше пряжки ремня с вещей надписью «С нами Бог». В тот момент Бог явно отвернулся от спортивно сложенного парня из австрийского города Линц. Чернышов так же легко выдернул штык и побежал дальше.

Второй номер ручного пулемета получил очередь в упор, выронил винтовку и упал лицом вниз. Автоматчик успел срезать двоих саперов и направил ствол на Чернышова. Сержант Мальцев ударил его штыком, но тот отшатнулся, лезвие пробило руку. Пальцы другой руки надавили на спуск. Последние три пули из магазина унеслись светлячками в сторону леса.

Николай примеривался для нового удара. На него с криком летел широкоплечий солдат с винтовкой. Оба сцепились штыками, не отрывая взгляда друг от друга.

– Шайзе!

– Гадина…"

"С земли, наконец, поднялся Кондратьев. Своими мощными пальцами он раздавил горло немцу, но тот надорвал ему ухо, сплющил нос. Лейтенант, вывалянный в земле, с окровавленным лицом, схватил сзади солдата, с которым дрался Мальцев.