Пограничники Берии. «Зеленоголовых в плен не брать!»

Федор Пантелеевич, ты человек опытный, найди место для засады и ударь как следует. Объекты имеются. И машины по проселку ходят и повозки. То, что нам надо, отобьем своими руками и двинем дальше. Ясно?

– Так точно.

Мальцеву вместо пулемета ДТ с единственным диском выдали «дегтярева-пехотного», к которому имелись запасные диски. Перед уходом лейтенант Кондратьев вместе с Мальцевым на десяток минут забежали в санчасть проведать Костю Орехова.

– Да и Ольга Голубева о тебе спрашивала, – сказал лейтенант. – Видать, глянулся ты ей.

Костя Орехов пришел в себя. С утра ему снова чистили рану. Он лежал ослабевший, бледная кожа обтягивала скулы.

– Опять пойдете? – спросил он, кивнув на пулемет за плечом Мальцева.

– Пойдем.

– А я вот здесь валяюсь. Ноги что-то не держат, и рука не сгибается.

– Зря я этому пастуху поверил.

– Ладно, чего теперь.

Ольга Голубева, небольшого роста, круглолицая, сочувственно поглядывала на Николая. Знала, что из тех, кто уйдут, вернутся вечером не все. Мальцев в ее сторону старался не смотреть.

– Косте уже получше. Даже встает сам, – сказала она, но Мальцев никак не отреагировал. Посидев минуту-другую, поднялся.

– Ладно, пойду я.

– Счастливо, Никола, – слабо пожал ему руку Костя.

Отойдя на пяток шагов, обернулся, перехватил взгляд медсестры. Через силу улыбнулся. Девушка тоже улыбнулась, помахала рукой:

– Возвращайся, Коля. Буду ждать.

* * *"

"В те первые июльские дни еще не говорили о борьбе в тылу врага. Верили, что тыл временный, скоро последуют мощные удары Красной Армии, и врага будут бить «на его территории малой кровью». Но бои на оккупированной территории уже шли повсеместно. С разным успехом, с большими потерями. Немцы быстро почувствовали, что даже спешно отступавшие, ослабленные части не прекращают сопротивления.

Еще два дня назад Журавлев ставил своей главной целью дать бойцам передохнуть, подлечить раненых, достать хоть какой-то еды. Сейчас группа шла в бой, а завтра, несмотря ни на что, предстояло продолжить путь к своим.

У лейтенанта Кондратьева через плечо трофейный автомат. Василь Грицевич со своей неизменной «снайперкой», Зиновий Лыков, кроме объемистого мешка, обвешан пустыми флягами. Старшину Будько на этот раз с собой не взяли, да он и сам не стремился.

У Николая Мальцева вторым номером расчета шагает молодой пограничник Никита Дергач. Прибыл на заставу в мае, а через месяц уже война. Но парень вроде держится уверенно, учился пулеметному делу еще у покойного Миши Колчина. В случае чего заменит.

Еще пятеро ребят с винтовками и гранатами. Двое пограничников, два сапера из взвода Кондратьева и высокий худощавый сержант из штаба дивизии. Боец так себе, без опыта, винтовка висит как костыль, зато учился в институте, немного говорит по-немецки.