Пограничники Берии. «Зеленоголовых в плен не брать!»

Часть людей понесут санитары.

– По четыре человека на носилки, – подвел итог Зимин.

В голосе нового командира полка главврач уловила желание побыстрее закончить разговор.

– А вы хотели по два носильщика? Через полчаса они начнут спотыкаться, а еще через час выбьются из сил. Я гляжу, раненые становятся обузой. Ну, давайте их оставим… вместе со мной. Бандеровцы развесят их по деревьям, как елочные игрушки.

– Вы меня не так поняли, – смутился Зимин. – Людей я обязательно выделю.

– И десятка три саперов. Надо сколачивать носилки, не хватает брезента.

Уже в темноте сформировали колонну и определили порядок движения. Место для раненых определили в центре походной колонны. Замыкали движение застава Журавлева и взвод Кондратьева, которые объединили в одно подразделение, усилили людьми и ручными пулеметами.

Капитану Зимину пришлось решать десятки разных задач, и своими четкими действиями он доказывал, что командиром полка его назначили не зря. Он вызвал в штаб командира одной из рот и приказал выступить на час раньше.

– Пойдете с шумом, стрельбой. Словом, будете отвлекать на себя внимание. Дополнительно получите запас патронов и гранаты.

– Продуманное решение, – только и ответил старший лейтенант, того же возраста, что и Зимин. – Главное, оригинальное. Интересно, как быстро нас перебьют?

– Думаю, часа на два-три вас хватит, – безжалостно ответил командир полка. – У тебя есть другое решение?

– Быстро ты изменился, – с горечью проговорил старший лейтенант. – Старых товарищей, как хворост в костер, бросаешь.

– Тебя заменить? Пусть другой пойдет?

– Не надо, – безнадежно отмахнулся ротный. – Детей жалко, трое их у меня.

– Тогда пробейся и выживи. И полку помоги.

– Брось, Григорий Пантелеевич! Списаны мы уже подчистую. Гансы нас не выпустят из лап."

"Зимина начал раздражать пустой разговор. Вмешался комиссар.

– Другого выхода нет. Отвлекающий маневр необходим. Через десять минут получите маршрут движения и в путь.

– Есть! – козырнул старший лейтенант.

Когда ротный вышел, комиссар с сомнением заметил:

– Как бы не струсил. Двинется втихаря, выскользнет потихоньку.

– Нет, мужик надежный. Я его по Финской знаю. Просто умирать никому не хочется.

Оставался еще один непростой вопрос. Среди тяжелораненых были два командира, которым ни в коем случае нельзя было попадать в плен – начальник оперативного отдела дивизии и шифровальщик передвижной радиостанции, еще вчера разбитой снарядом.

– Неизвестно, как повернется наш прорыв, – сказал Лесков. – Ночью любая ситуация может случиться. Рядом с ними будет находиться один из моих особистов. В случае угрозы их пленения он сделает, что положено. Оба командира ранены тяжело, передвигаться самостоятельно не могут.