Пограничник. Том 8: Операция "Ловец Теней"

В толпе афганцев, что окружила нас с Тариком и Мариам со всех сторон, снова потянулись робкие шепотки.

Крепкие «парни», родственники старейшины выступили вперед. Я видел, как они сжимают кулаки. Как тянутся к крепким дубинкам, что покоились у них за поясами.

Мариам испуганно озираясь, вдруг прижалась ко мне. Я почувствовал, как она дрожит. Дрожит, но не отступает. Не покидает меня.

— Мариам, — начал я, не сводя со старейшины глаз.

— Переводи им то, что я скажу. Переводи четко и ясно. Так, чтобы каждый, кто здесь находится, услышал мои слова.

✅ Самый редкий жанр на АвторТудей — ОБРАТНЫЙ ПОПАДАНЕЦ!

✅ Читайте громкую новинку о нестандартном попаданце. Вышел третий том.

Матерый опер погиб в 1997-м, выполняя долг.

Очнулся — в теле молодого лейтенанта в нашем времени.

Мир изменился. Преступники — нет.

Старая школа возвращается.

— Ты, Малик Захир, — начал я громким, ровным, но немного командирским голосом, — пришел сюда, чтобы учить меня порядочности? Учить вашим святым обычаям?

Тарик молчал. На его лице не осталось и следа той добродушной маски, что он натянул на себя во время первого своего визита. Старик нахмурился. Его маленькие, белесые глаза стали злыми и холодными. Губы скривились от недовольства.

Старик не привык, чтобы против него выступали так открыто и смело. Ничего. Пускай привыкает, раз уж связался с шурави.

— А есть ли у тебя самого такое право? Вправе ли ты говорить хоть кому-то, что благо, а что зло? — продолжал я.

Мариам подхватывала мои слова. Кричала она громко. Голос ее все еще дрожал. Но с каждой фразой он становился все сильнее. А еще — смелее.

— Люди кишлака! — обратился я ко всем окружающим, — Этот «мудрый» старейшина говорит о справедливости? Обычаях? Он говорит, что я принес насилие⁈

С этими словами я смело шагнул вперед, к старику. Придержал Хана, который, стоя рядом со мной, пошатнулся. Тогда я снова пнул его под колено, заставив опуститься, чтобы он не выкинул чего лишнего.

Афганцы вздрогнули от моего резкого движения. Между ними снова полились робкие шепотки. Один из родственничков старого Малика пошевелился, постарался было выступить вперед, мне навстречу, но Малик жестом запретил ему подходить.

Старик оказался наивнее, чем я думал. Все еще думает, что сможет своей речью склонить местных на свою сторону. Глупо, как глупо.

— Спросите у вдовы Зейнаб о справедливости Малика Захира! — продолжал я. — Спросите, как он купил ее землю после того, как ее мужа Бехзада нашли мертвым в ущелье! Спросите, сколько зерна он дал за плодородные поля, на которых теперь пасутся его овцы⁈

Когда Мариам перевела местным мои слова, мужчины заволновались. Стали галдеть громче. Недовольнее.

Я не разбирал их слов. Но вот Малик… Малик понимал, о чем говорят его соседи. И их разговоры ему явно не нравились.