Пограничник. Том 8: Операция \

Напряжение, исходившее от всех — и от пограничников, и от Призраков, залегших в свою собственную засаду. От этого напряжения, казалось, дрожал воздух. Дрожали нервы бойцов.

Все сведется к тому, кто же первый сделает первый шаг. Или совершит ошибку.

Ситуация оказалась сложной.

Призраки, по всей видимости, не очень-то хотели занимать дом. И тут мы получили неприятный расклад: если они станут двигаться вперед, мимо хибары — почти сразу наткнутся на группу наблюдения. Если же попятятся — быстро выйдут из поля нашего зрения, и времени принять меры у нас будет совсем мало.

В такой темноте враг быстро затеряется, рванет в рассыпную. И, как минимум, быстрого удара не выйдет. Начнутся долгие кошки-мышки с поисковыми группами и служебными собаками. И далеко не факт, что такие догонялки окончатся для нас успешно.

Нужно было действовать наверняка.

— Ну же, суки… Давайте, заходите… — Тихо бормотал себе под нос Вакулин. — Чего ж вы там засели?

Я продолжал наблюдать.

А между тем в рядах «Призраков» снова началось движение. Я заметил, как тени зашевелились. Как медленно встали, а потом, столь же медленно стали двигаться в обратном направлении.

— П-падлы… — Прошипел Вакулин и глянул на меня.

На несколько кратких мгновений мы встретились взглядами. Я кивнул.

— Слушай мою команду — уничтожить противника, — проговорил Вакулин тихо. — Открыть огонь…

Я тут же взял на мушку черный бугорок чей-то спины. Этот кто-то медленно, но все быстрее и быстрее двигался в обратную сторону — вон с ущелья. Вероятно, чтобы спуститься с Пянджа и отступить.

Но далеко они уйти не смогли. Потому что я нажал на спуск.

Автомат дернулся в моих руках, привычно стукнул в плечо. Грохот выстрела, а потом еще и еще один разнеслись по округе.

А следом… Следом к нему присоединились и другие хлопки. Треск очередей, грохот одиночных — все смешалось в один сплошной гул стрелкового боя. Гул одновременно знакомый, привычный, но и опасный.

Я попал. Человек, что был у меня на мушке, вздрогнул. Однако в темноте сложно было сказать — погиб он или ранен.

А потом заговорил пулемет Васи.

Мощный ПКМ разразился гулкой очередью. Я увидел, как из кустов по призракам ударили красно-желтые огненные капли трассеров. Как подсветили они все вокруг. Как ночь под их светом превратилась в страшные кроваво-красные сумерки.

Тени заплясали вокруг. Я видел их. Видел Призраков.

Отряд пакистанцев не сидел на месте. Они действовали.

Когда очередь ПКМ затихла и на окружающую действительность снова опустилась темнота, то очень быстро к треску автоматов Калашникова примешался новый звук — суховатое, гавкающее «кха-кха-кха-кха».

Это был ответный огонь пакистанского спецназа.

По звуку я распознал немецкие штурмовые винтовки «Хеклер энд Кох» модели G3.