Пограничник. Том 5: Охота на "Черный аист"

Я отвернулся, достал пару спичек и одной из них обломил ножку. Под недоуменные взгляды погранцов и танкистов вернулся к офицерам.

— Ну что? — Протянул я руку, показав офицером только спичечные головки, — кто из вас первым тянет?

Жуков поторопился вытащить спичку первым и тут же помрачнел. Все потому, что он достал обломанную.

— Видимо, судить наш матч будет все же, товарищ старший лейтенант, — едва заметно улыбнулся я.

Жуков ничего не сказал. Капитан танкистов только засопел и вдруг полез в карман.

— Возьмите, Таран — вытянул он за шнурок маленький металлический свисток. — Раз уж вы будете судить игру, думаю, это вам пригодиться, Анатолий Сергеевич.

Таран приподнял бровь, удивленно уставился сначала на свисток, потом на Жукова.

— Я думал, воспользоваться им сам, но раз уж так упал жребий… — Немного тише проговорил капитан танкистов.

— Спасибо, — ответил Таран и взял свисток.

Сняв фуражку, повесил его себе на шею.

Игра должна была вот-вот начаться.

На наших воротах стоял Малюга. Синицын и я — спереди. Мы должны были считать в себе функции нападающих и полузащитников. Нарыв с Сагдиевым — защитников и полузащитников. Я сразу разделил функции так, чтобы мы как можно меньше мешали друг другу на поле и могли разделить задачи. Тем не менее тактика моя предполагала и то, что Нарыву с Сагдиевым, время от времени, все же придется выходить вперед.

А состав команды Симонова был такой: впереди стоял он и сержант Фролов. Игорь Фистенко был на воротах. Защитниками у них играли ефрейтор Миша Смольняк и рядовой Максим Малышев.

— Так, кто у нас капитаны команд? — спросил Таран, встав посередине поля и держа старенький, видавший виды мячик.

Мяч был коричневый с потертой шнуровкой на боку. Принес его кто-то из танкистов.

Вообще, экипажи частенько гоняли в футбол, если у них было на то свободное время. Иногда на гораздо реже, к ним присоединялся кто-то из наших.

Тут, конечно, преимущество было за танкистами. Все же, они понаиграннее нас были. Ну ничего, справимся. Должны справиться.

Симонов тут же пошел к начальнику заставы. Я же, поймав на себе взгляды остальных погранцов и поняв, что они ждут от меня быть их капитаном, тоже направился к Тарану.

— Итак, — Таран положил мяч на землю, когда мы с Симоновым приблизились, — кидаем жребий.

Начальник заставы достал из кармана, словно специально припасенный на такой случай, олимпийский рубль. Показал его нам. Блестящая монетка покоилась на его ладони, а на ее аверсе был изображен олимпийский факел в Москве.

— Орел, — первым буркнул Симонов.

— Хорошо. Победившая в жребии команда выбирает ворота или разыгрывает мяч, — проговорил Таран.

Потом он ловко щелкнул монеткой, подбросив ее над нашими головами. Поймал, хлопнул ею об обратную сторону ладони левой руки.