Пограничник. Том 2: Смертельный дозор

Скрылся и исчез чуть не на целую минуту.

— Ворон! Ворон, ко мне! — Закричал разнервничавшийся Ваня.

Пес откликнулся. Почти сразу вернулся, с шумом потревожив кусты.

— Оба на… — Протянул Вася Уткин.

— Фу! Отдай! — Строго сказал Ваня и отобрал у кобеля… мертвого голубя. Потом добавил с гордостью: — Видали? Вынюхал!

— Тот самый, что ли? А орла что не принес? — Удивился Семипалов.

— Не орла, а канюка, — заметил Алим.

— Ну, видать, не захотел, — сказал Ваня и решил уже выкинуть птицу, но вдруг я заметил у голубя на лапке что-то странное, на что, видимо, Ваня не обратил внимание.

И немудрено. После когтей хищной птицы, падения и Вороновых зубов, голубь напоминал бесформенную кровавую тряпку.

— А ну, стой-ка! — Крикнул я, останавливая Ваню. — А что это на голубе?

— Где? А! Мусор какой-то, видать. Палочка прицепилась.

— Стой, — сказал я строже, — дай-ка сюда.

Ваня озадаченно передал мне тельце. Я осмотрел сломанные лапки птицы. К одной из них деликатно примотали кусочек гусиного пера. Примотал его явно человек.

— Это почтовый голубь, — сказал я холодно.

— Чего? — Удивился Белоус.

Глава 27

— Почтовый голубь, — повторил я, внимательно осматривая самодельную капсулу, должно быть, содержавшую записку. — Подержи-ка покрепче.

Пока Белоус держал мертвого голубка, я аккуратно открепил капсулу, быстро нашел и отломил восковую крышечку. Вытряхнул крохотную записку.

— Думаешь, шпионская почта? — Задумчиво спросил Вася Уткин.

— Я пока ничего не думаю, — сказал я, разворачивая тоненькую бумажечку, на которой очень мелко было что-то написано. — Но выглядит это очень подозрительно.

Внезапно, вернувшийся Ворон навострил уши, уставился куда-то в кусты, гавкнул. Наряд немедленно напрягся. Я щелкнул предохранителем.

Несмотря на обострившуюся ситуацию на границе, Таран разрешил нам носить магазины пристегнутыми, а вот досылать патрон по прежнему запрещалась.

Да только смекалистые погранцы, в массе своей, стали дозаряжать в магазин двадцать шестой патрон. Он и досылался в патронник с выходом на Границу.

Конечно, производились все эти нехитрые манипуляции уже за воротами системы. Бойцы и до этого часто носили патроны россыпью прямо в карманах. За этим добром следили не очень строго. А вот теперь один из них уходил в магазин лишним."

"В целом, Таран подозревал, что его погранцы так «злостно» нарушают наставления пограничной службы, но смотрел сквозь пальцы. Все ограничивалось тем, что Черепанов, время от времени лично проверял патроны бойцов, вернувшихся с Границы. Он искал засечку на крайнем патроне. Найдя, впрочем, ограничивался только громкой руганью.

Все понимали, что сейчас эта секунда, затраченная на затвор, может стоить бойцу жизни.