Пограничник. Том 2: Смертельный дозор

Всегда буду чувствовать в душе вину за то, что всего не предвидел. За то, что не остановил Мишку.

— Это повод помнить, — согласился я. — Но не для того, чтобы вечно заниматься самобичиваниями. Это повод, чтобы стать лучше. Умней. Профессиональней в нашем деле.

— Если в тюрягу не попаду, — решил Стас, помолчав немного, — пойду на сверхсрочную. Спасибо, Саша.

Промолчав, я только кивнул. Встал и положил Стасу руку на плечо. Потом ушел из красной комнаты, оставив ефрейтора наедине со своими мыслями.*

Когда солнце покатилось к закату, они достигли конца маршрута. Наташа прищурилась, глядя на все сильнее краснеющее солнце.

Да, маршрут был непростым. Девушка устала, а ноги ее сильно гудели. Однако Наташа не жаловалась. Она старалась стойко переносить невзгоды геологоразведовательной работы.

Пусть папа и спрашивал часто, как ей живется в лагерных условиях, и не хочет ли она уехать домой, к маме, девушка всегда отвечала, что все хорошо. Отнекивалась.

Несмотря на опасность здешних мест, несмотря на войну за речкой, этот горный пустынный край чем-то манил ее. Было в нем что-то особенное. Вернее сказать, особенно красивое.

А вот Денис, казалось, все сильнее терял свою мужественную стойкость, которую так яро хотел продемонстрировать Наташе. Стойкость эта постепенно улетучивалась по мере наполнения его рюкзака.

— Уже не могу, — протянул он, немного сгорбившись под весом образцов, — может, чуть-чуть передохнем?

— Сейчас обратно пойдем, — Григорий Петрович отпил из фляжки, — Надо успеть дотемна.

— Давайте передохнем, Григорий Петрович, — взмолился Дениска, — у меня щас ноги отвалиться! Спина гудит так, что сил нет никаких!

— Тебя ж предупреждали, что работа не из легких, — холодно заметил геолог.

— Так я что, за одного себя переживаю? — Удивился Дениска, — вон, гляньте на Наташу. Она тоже устала, да, Наташ?

Наташа решила сжалиться над бедным парнишкой и сказала Григорию Петровичу:

— Может, правда отдохнем немного? Минуток десять? Все равно когда придем, уже темно будет.

Григорий Петрович вздохнул.

— Ну давай. Десять минут. А потом сразу назад.

На своем пути они долго шли каменистыми тропами, миновали небольшой лесок и к концу маршрута оказались у подножья невысокой краснокожей скалы.

Григорий Петрович уселся на широкий и плосковатый на вершинке камень. Закурил. Дениска с трудом стянул с плеч рюкзак, да так, что чуть было не грохнулся на тропу. Рюкзак, упавший на землю, грюкнул камнями.

— Ты мне образцы не повреди, — лениво бросил геолог, на лице которого совершенно не читалось никакой усталости.

— Это ж камни! Чего им сделается? — Обиделся Дениска, усевшись прямо на бровку тропинки.

Потом разнорабочий принялся стягивать ботинок. Вытряхнул его, критически заглянул внутрь.