Пограничник. Том 2: Смертельный дозор

На зайцев. Когда мне Наташа рассказала про вашу Муську, я ей сразу признался. А еще, потому и согласился помочь ей, что виноватый во всем оказался.

— Я на него не в обиде, — тихо сказала мне Наташа, когда я глянул на нее с немым вопросом в глазах.

Не ответив, я кивнул. Потом встал.

— Я пойду, — сказал я. — Служба.

Наташа вдруг глянула на таджика, и тот закряхтел, стал топтаться на месте неуверенно.

— Ну… Мне тоже пора. Сауле сегодня еще не летала. Надо бы ее отпустить проветрить крылья.

С этими словами старый Курбан обернулся и принялся шумно пробираться между зарослей, удаляясь от ореха.

Наташа некоторое время смотрела в его широкую, немного сутуловатую спину. Потом заглянула мне в глаза.

— И долго ли мы с тобой не сможем увидеться? — Спросила она тихо.

— Увидимся. Скоро. Это я тебе обещаю.

Девушка улыбнулась и прижалась ко мне, уперлась лбом в грудь.

— И я тебе тоже верю, Саша. Верю и буду ждать этого дня.

— До свидания, дядюшка Курбан! — Крикнула Наташа и помахала Курбану ручкой из-за невысокого заборчика, выложенного из больших камней.

— До свидания, девочка моя, — ответил ей Курбан, — передавай привет своему отцу! Пожелай ему от меня доброго здоровья!

Наташа зашагала по тропинке к лагерю геологов, который те разбили теперь в новом месте, под невысокой скалой с нехитрым названием «Лах», что, на русский так и переводилось «Скала».

Как только девушка ушла, Курбан помрачнел. Обернулся к своему низенькому глиняному домику с плоской крышей, деревянной дверью и единственным окном в потолке.

В нешироком дворе Курбана, обнесенным каменной изгородью, было небогато. Курбан в принципе жил не бедновато, а еще крайне замкнуто.

Если б гость решил посетить хозяйство старого охотника, он бы увидел во дворе, кроме домика, небольшой сарай с навесом и подвалом, пустой загончик для скота и построенную на крыше дома голубятню из досок и новой рабицы, которую Курбан умудрился достать в колхозе.

Курбан даже не был уверен, разберет ли гость: где тут сарай, а где личное жилище охотника.

Старик вздохнул. Вот как может распорядиться судьба: родился на богатой вилле из камня и благородных пород дерева, а жизнь свою заканчиваешь здесь, в глиняном домишке, продуваемом ветрами со всех сторон света. Такое положение дел всегда казалось Курбану несправедливым.

Старый охотник снова вздохнул, посмотрел на сероватое небо. Потом направился к голубятне.

Он поднялся по скрипучим и гниловатым ступеням, что сам сладил у северной стены своего домишки. Взобрался на плоскую шиферную крышу и, аккуратно ступая, подошел к голубятне.

Внутри, на длинных насестиках урчали, волновались и хлопали крыльями разномастные голуби.