Пограничник. Том 2: Смертельный дозор

— Поэтому… — как-то несмело продолжил Стас, — поэтому, может, Саша, ты с ним полегче будешь? Не таким несгибаемым?

— Стасик, — я вздохнул, отложил кусочек хлеба, которым протирал тарелку от подливы, на ее краюшек, — я нормально отношусь к Славе. Сочувствую его утрате. Если он попросит у меня помощи — никогда не откажу. Но если будет и дальше делать глупости, то тут уж я не могу закрыть на такое глаза.

Стасик замолчал. Покивал с пониманием, но и с какой-то грустью во взгляде.

Первая сработка застала нас около часа ночи. Слова дежурного по связи и сигнализации о том, что на седьмом участке правого фланга сработала система, подкрепила уже привычная нам трель заставской сирены.

— Застава, в ружье! — Объявил дежурный.

Тревожное «кук-кук-кук-кук» высоким криком разносилось по заставе.

Меньше чем через минуту в коридорах заставского здания загрохотал топот многочисленных сапог. Мы выскочили в ночь, на морозный воздух.

Я бежал к оружейке и видел, как в свете фонарей, разгонявших на заставе ночную темноту, серебрится пар, вырывающийся у меня изо рта после каждого выдоха.

Оружейка была уже открыта. И мы организованно, но быстро, принялись выдергивать автоматы из пирамид. Дежурный по заставе отварил сейф. И погранцы один за другим повыхватывали оттуда тревожные подсумки. Принялись снаряжаться следовыми фонарями, сигнальными ракетницами, а младший сержант Гамгадзе повесил на плечо подсумок с рацией.

Когда наша группа, возглавляемая Черепановым, оказалась на улице, Нарыв помчался к питомнику, где волновались и гавкали собаки.

Шишига, не прогретая, погнанная к аппарели на холодную, уже ждала нас у распахнутых ворот.

Нарыв привел Радара быстро. Мы построились, Черепанов торопливо отрапортовал о готовности, и шеф дал приказ на выход по сработке. Мы помчались к машине.

Черепанову даже не пришлось давать команды загрузиться, так быстро мы заскочили по аппарели в кузов шишиги. Машина рванулась с места и умчалась на правый фланг, туда, где сигналила нам система.

Пограничники ехали в молчании, только Черепанов раздавал приказы, инструктировал, как нам надлежит действовать. В гуле ветра, мотора, шин и скрипе автомобильной подвески то и дело раздавалось решительное «Есть» после очередного приказа старшины.

ГАЗ-66 подскакивал на кочках, и наш моторист Хмелев, крутивший баранку машины, демонстрировал нам свое водительское мастерство. Он как-то умудрялся одновременно и сохранять темп, и петлять на извилистой, кочковатой дороге так, чтобы шишига не перевернулась со всей группой на борту.

Дальше были ворота системы, блестящая от инея, под светом фар линия КСП. А потом гонка наперегонки с возможным нарушителем.