Пограничник. Том 2: Смертельный дозор

Нарыв поправил сумку с тренировочным инвентарем для собаки, горделиво приподнял подбородок и, не обронив больше ни слова, направился к заставе.

Булат, видя, что «чужой» уходит, сел. Проводил Нарыва внимательным взглядом.

Я опустился рядом с кобелем на одно колено. Потрепал Булата по холке, чувствуя, что он расслабляется. Пес вывалил язык, активно задышал, заплямкал. Обратил ко мне свою мощную морду.

— Ну и чего ты на него внимание обращаешь? — Спросил я с доброй улыбкой. — Дурак-человек. Чего с него взять?

Пес уставился на меня как-то осуждающе. Смотрел он так, будто явно не соглашался с моими словами.

— Много кто наделал ошибок, когда твой прошлый хозяин погиб: и люди, — я со значением глянул на Булата, — и собаки. Нельзя нам, Буля, зацикливаться на прошлом. У нас служба. Она ждать не будет.

Булат пискнул, улегся. Положил голову на лапы. Я наблюдал, как Нарыв спускается с холма, как медленно, шаг за шагом, исчезает из поля зрения.

— Вот я зациклился в своей прошлой жизни, — проговорил я тихо. — И ничего хорошего из этого не вышло. Всегда мне было неспокойно. Горько. Как и тебе сейчас.

Булат поднял голову, снова гляну на меня и забавно склонил ее немного набок. Я улыбнулся ему, потрепал по большому лбу.

— Ну ничего. Я уже опытный. Смогу тебе с этим помочь, Буля.

Большой пикап «Тайота Хайлюкс» дернулся, когда капрал О’Конелл слишком резко нажал на тормоз. Уильям Стоун удержался от того, чтобы чуть было не впечататься лицом в спинку водительского сидения.

Больная от похмелья голова Стоуна еще сильнее загудела, и специальный агент ЦРУ покривился от боли.

— Прошу, капрал, аккуратнее, — недовольно процедил он.

Стоун собрался было уже выходить, но заметил, что крупный сержант-негр по имени Джозеф Линкольн потянулся за своей М-16А1.

— Я бы не советовал вам брать оружие, Сержант, — кисловато проговорил Стоун.

Линкольн надул крупные губы. Нахмурился.

— При всем уважении, специальный агент Стоун, — начал он низковатым басом, — мне поручено защищать вас. Неизвестно, что в голове у этих дикарей.

Он вытянул шею и привстал, чтобы посмотреть в лобовое. Добавил:

— Они встречают нас вооруженными до зубов.

«Черножопый тупица», — подумал Стоун.

— Вот именно, сержант, — очень вежливо проговорил Уильям, — неизвестно что в голове у повстанцев. Любой жест, любое неверное движение они могут воспринять, как оскорбление или угрозу.

— Именно на этот случай им и стоит показать силу, — не согласился сержант.

— Нас пятеро. Их — несколько десятков. Как думаете, как быстро нам отрежут головы, если что-то пойдет не так? Не знаю, как вам, а мне моя голова дорога.

— Сэр, я… — Начал было сержант, но Стоун его перебил.

— Сержант Линкольн, прошу вас, останьтесь в машине. У меня большой опыт общения с аборигенами.