Молот Пограничья. Книга II

— Горчаков отодвинулся от стола и привычным движением опустил руку на висевший на поясе топор. — Стой там, кому говорят!

— Тише. — Я жестом остановил уже готового подняться старика. — Не спешите, Ольгерд Святославович. — Полагаю, этот господин нам не враг.

Убийца — тем более профессионал — стрелял бы прямо от входа. И уж точно не стал бы несколько минут торчать у двери. Вольник хмурился, настороженно смотрел исподлобья и так и не удосужился вытащить руки из карманов штанов, но я почему-то был уверен, что он не прячет там нож или револьвер.

Значит, пришел поговорить. И не с кем-нибудь, а именно со мной.

— Присаживайся, любезный. — Я взглядом указал на пустой стул напротив. — В ногах правды нет.

Вольник будто только этого и ждал. Не просто сел, а буквально рухнул, с грохотом придвигаясь вплотную к столу. Так резко, что гридни за дядиной спиной дружно потянулись за оружием.

— Спокойно, судари. — поморщился я. — Мы ведь в приличном заведении… Полагаю, ты что-то хотел мне сказать?

— Да, ваше сиятельство. — Вольник огляделся по сторонам, оперся ладонями на край стола и, чуть приподнявшись, одними губами прошептал: — Вас хотят убить.

Глава 15

— Правда? — усмехнулся я. — Боюсь, это уже давно не новость.

Гридни за соседним столиком дружно заулыбались, но дядя с Горчаковым насупились еще больше. Они то ли увидели во всем этом угрозу, то ли просто не были настроены шутить.

Да и обстановка — чего уж там — не слишком располагала. Вольник сидел как на иголках, то и дело оглядываясь по сторонам. Будто опасался, что кто-нибудь сейчас явится по его душу. И даже плавные и неторопливые движения усатого мужика за стойкой, который протирал полотенцем пивную кружку, явно заставляли его нервничать.

— Думаете, я шучу? — проворчал вольник, хмурясь еще больше. — Мне пришлось рискнуть, чтобы прийти сюда!

— Не сомневаюсь. — Я чуть склонил голову. — Но раз уж ты здесь — выпей чаю, отдышись и расскажи все спокойно. Мы ведь никуда не торопимся, не так ли?

— На месте вашего сиятельства я бы поспешил, — Вольник снова оглянулся на дверь, — убраться из города как можно скорее.

— Уж точно не раньше, чем я закончу обед. — Я пожал плечами. — Осетрина здесь и правда чудо как хороша.

Повинуясь моему жесту, рыжеволосая подавальщица тут же поставила перед вольником чашку с чаем. Горчаков с дядей явно не пришли в восторг от появления рядом с ними мужика в замызганном камуфляже, однако возражать, конечно же, не стали — законы гостеприимства на Пограничье испокон веков чтили не меньше государевых."

"Я же просто не спешил. Чудя по подрагивающим рукам, в ближайшие несколько минут вольник все равно не рассказал бы ничего полезного. И если за ним не гналась вся зубовская дружина с его сиятельство во главе, торопиться нам было некуда.