Молот Пограничья. Книга II

— Вот уж не думал, что эта страхолюдина внутри такая… жухлая.

Провода, трубки, когтистые нижние конечности, забавно раскорячившиеся в стороны, как лягушачьи лапы, несколько увесистых блоков, остатки металлических сегментов брюха где-то под ними — и все.

Но именно здесь — здесь, а не в доспехах, могучих крыльях или зубастой пасти с плазменной пушкой — и скрывалась истинная мощь древней машины. Я скорее почувствовал, чем сумел взглядом отыскать среди блоков нужный — правда, пока скрытый под тем, что можно было с некоторым допущением назвать ребрами.

— Помогите перевернуть. — Я осторожно взялся за какую-то выступающую деталь, которая казалась достаточно прочной. — Раз, два, взяли…

Раздалось нестройное кряхтение, и змееобразное туловище автоматона перекатилось с условного живота на спину, рассыпая по полу висевшие на проводах мелкие модули. Я протянул руку и коснулся кончиками пальцев продолговатой конструкции, в которой пряталось сердце машины, защищенное неожиданно толстыми стенками корпуса. Внутри металла почти не было, но основной управляющий модуль Древние все же не поленились защитить кресбулатом.

— Здесь. — Я ткнул пальцем в слегка выступающую кнопку на поверхности, и тонкие блестящие пластины с тихим жужжанием разъехались в стороны — прямо как диафрагма фотоаппарата. — Вот он.

— Красота-то какая… — едва слышно прошептал кто-то у меня над ухом — кажется, Иван. — Даже трогать жалко.

Жив-камень переливался всеми цветами радуги, озаряя мои пальцы тусклым светом. Заключенная в нем энергия больше не могла нести по воздуху несколько сотен килограмм металла и электроники плеваться раскаленной плазмой или питать десятки сложнейших систем, но никуда не исчезла. Я почти физически чувствовал, как она все еще пытается оживить разорванные пламенем Разлучника магические контуры.

— Средняя категория, — проговорил дядя. — Еще и заряженный под завязку. Тысячи на четыре потянет.

Я поморщился. Вариантов у нас было немного — его сиятельство граф Орлов уже видел обезглавленного автоматона и наверняка сообразил, что под броней скрывались не только провода и трубки. Государев закон обязывал меня немедленно сдать драгоценную находку в Таежный приказ, и спорить с ним я не собирался.

Но сама мысль просто взять и вытащить жив-камень из металлической груди Пальцекрыла казалась уродливой и неправильной, почти кощунством. Для гридней и дяди блестящая безделушка едва ли была чем-то большим, чем способом заработать, однако я чувствовал, как едва заметно бьется под пальцами магия Древних.

Тонкое кружево чар еще держалось, одновременно хрупкое и могучее. Сплетенное инженерами-колдунами сотни, если не тысячи лет назад.