Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Разве что визит Вельгериса был элегантной формой объявления войны.

– Почему нас это интересует? – Гончая отодвинул миску и поудобней устроился в кресле. – Если эта банда пришла из-за границ империи, то, конечно же, это наше дело.

«Значит, он решил прощупывать нас таким вот образом, – подумал Эккенхард. – Идея так себе».

Гентрелл чуть-чуть, самую малость улыбнулся и произнес негромко:

– На вашем месте я бы не хвастался, что пропустил небольшую армию, проникшую на территорию Меекхана. Это плохо говорит о разведке. Кроме того, ты не ответил мне на вопрос, отчего вы разнюхиваете здесь, в стольких милях от села? И – через пять лет?

– Потому что нам нужно знать, что там случилось. Как дошло до того, что почти четыреста солдат из Двадцать второго полка погибли в схватке с плохо вооруженной, недисциплинированной и худо управляемой бандой разбойников? Почему командир полка не был наказан, а сам отряд переформировали так, чтобы скрыть его потери от императора? Почему погибли пятеро боевых магов, в том числе сам Дравен-лод-Мерв, владеющий Черным Жаром, Источником с наиболее убийственным из всех существующих аспектом? Кто за это ответит?

– Крысы ничего не утаивали от императора. И не лучше ли расспросить солдат, которые там были?

Тощий широко улыбнулся.

– Собственно, об этом и речь. Тех солдат невозможно отыскать. В село послали две роты вместе с пятью магами полка. Якобы все чародеи погибли в схватке, а из пехотинцев уцелели лишь восемнадцать. Через несколько дней полк переформировали так, что роты вторая и третья были восстановлены из остальных подразделений, после чего была проведена общая реорганизация Третьей армии: обмен полками, ротами, взводами и даже одиночными солдатами. В результате Двадцать второй пехотный полк вернулся к первоначальному численному составу, а поскольку за это время архивы частично сгорели, никто уже не может сказать, сколько солдат погибло и кто именно принимал участие в бою у Глеввен-Он. – Вельгерис произнес все это единым духом, не останавливаясь. – Прекрасная работа. У нас три года занял подсчет убитых.

Три года. Они вышли на это дело уже три года назад. А то и дольше. Гентрелл спокойно потянулся за кубком с вином, сделал глоток, не спуская глаз с противника. Эккенхард поймал себя на том, что именно так он и начинает думать о Гончей. Как о противнике.

«Когда же всплывет слово „враг“ – придется его убить», – понял он. И сразу же возник вопрос: «Не для того ли я здесь? Пригласил ли меня Гентрелл на ужин, чтобы я помог ему в убийстве?» Он и мгновения не сомневался, что старая Крыса не станет колебаться перед пролитием крови, посчитай он, что этого требует благо империи. Определенные тайны должны быть скрыты столько, сколько возможно.